Его глаза потемнели, зрачки вытянулись в драконьи щели. Он кивнул и отступил на несколько шагов. А потом... потом мир вокруг нас взорвался тьмой и золотом.
Его трансформация была прекрасна и пугающая одновременно. Черное пламя окутало его фигуру, растекаясь, расширяясь, принимая новую форму. Я завороженно смотрела, как человеческий силуэт сменяется драконьим, как распахиваются огромные крылья, как чешуя ловит первые лучи восходящего солнца.
Передо мной стоял дракон размером с небольшой дом. Его черная чешуя переливалась, как вороненая сталь, а по краям крыльев змеились золотые узоры. Но глаза... глаза остались прежними. Те же золотые омуты, в которых сейчас плескалось беспокойство.
"Не бойся", — его голос прозвучал прямо в моей голове.
— Я не боюсь, — прошептала я, делая шаг вперед. — Ты прекрасен.
Что-то промелькнуло в его драконьих глазах — удивление? смущение? Он опустил огромную голову, и я осторожно протянула руку. Прикосновение к его чешуе было подобно удару тока — по телу пробежала волна жара, а связь между нами вспыхнула с невероятной силой.
Образы и чувства хлынули потоком: полет высоко над облаками, свобода, мощь, одиночество длиной в столетия, и вдруг — теплый свет, пробивающийся сквозь лед, растапливающий вековую мерзлоту в душе...
"Прости", — его голос в моей голове звучал хрипло. — "Связь слишком сильна в этой форме".
— Не извиняйся, — я провела рукой по теплой чешуе, чувствуя, как под ней бьется его сердце. — Я хочу знать тебя. Всего тебя.
Он прикрыл глаза, и через связь я почувствовала его борьбу — желание довериться сражалось с вековым страхом быть уязвимым.
"Тогда нам придется начать с основ", — наконец произнес он. — "Драконья магия питается не только силой воли, но и.… чувствами".
— Я думала, чувства — это слабость? — не удержалась я от легкой шпильки.
Его смешок в моей голове был похож на раскат грома:
"Возможно... возможно, я ошибался".
"Первый урок", — его голос в моей голове звучал глубже, чем обычно. — "Научись чувствовать потоки силы вокруг себя".
Я стояла, зажмурившись, положив ладонь на тёплую чешую его шеи. Постепенно начала ощущать это — невидимые течения энергии, похожие на воздушные потоки, только гуще, материальнее. Они обтекали нас, закручивались спиралями, пульсировали в такт биению наших сердец.
"Хорошо", — в его ментальном голосе промелькнуло одобрение. — "Теперь попробуй потянуться к ним. Не хватай — просто позови".
Я не совсем понимала, как "позвать" магию, но постаралась представить, как протягиваю руку к этим потокам. К моему удивлению, они откликнулись — золотистые нити силы потянулись ко мне, обвивая пальцы, струясь по коже.
"Странно", — пробормотал Райдер. — "Обычно драконья магия не отзывается так легко на человеческий зов".
— Может быть, дело в нашей связи? — предположила я, открывая глаза и наблюдая, как золотистые искры танцуют между моими пальцами.
"Возможно", — он склонил огромную голову, внимательно наблюдая за мной. — "Попробуй теперь соединить свою силу с моей".
Это оказалось сложнее. Его магия была древней, могущественной — чёрное пламя, способное обратить в пепел целые города. Рядом с ней моя сила казалась крошечной искрой.
"Не сравнивай", — его голос стал мягче. — "Дело не в количестве силы, а в её природе. Смотри".
Он выдохнул тонкую струйку чёрного пламени, которая зависла в воздухе, между нами. Я потянулась к своей силе, позволяя золотистому свету струиться с кончиков пальцев. Когда два потока встретились, произошло что-то удивительное — они не погасили друг друга, а начали переплетаться, создавая причудливый узор из света и тьмы.
"Теперь попробуй почувствовать меня через магию", — его инструкция застала меня врасплох.
— Что?
"Закрой глаза. Позволь своему сознанию следовать за силой".
Я послушалась, и мир словно перевернулся. Я больше не чувствовала своего тела — только потоки энергии, которые вели меня всё глубже и глубже. И там, в глубине, я нашла его сущность — яркую, пульсирующую жизнью и силой.
Первой эмоцией, которая обрушилась на меня, было удивление — его удивление от того, насколько легко я проникла сквозь его щиты. Затем страх — не за себя, за меня. Он боялся, что его сила может причинить мне боль. А под этими поверхностными чувствами лежало что-то более глубокое — одиночество длиной в столетия, усталость от вечной борьбы с собственными чувствами, и.… надежда. Крошечная, испуганная, но упрямая надежда на то, что, может быть, только может быть, он больше не должен быть один.
"Александра", — его голос в моей голове дрогнул. — "Ты слишком глубоко".
Но я уже не могла остановиться. Его эмоции захватили меня, словно приливная волна. Я чувствовала его радость от полёта, его любовь к клану, его заботу о Кайлине, спрятанную под маской строгости. И его отношение ко мне — сложное, противоречивое, полное восхищения и страха одновременно.
"Посмотри", — теперь его голос звучал иначе, почти завороженно. — "Посмотри, что происходит".