— Она вынудила меня согласиться на этот танец! Я очень старалась улыбаться и быть вежливой с твоим маркизом, чтобы ненароком не расстроить Его Высокородие и не стать причиной расторжения каких-нибудь ваших соглашений, но и у моего терпения есть границы!
— Наших… соглашений? — задумчиво переспрашиваю.
— Я не смыслю в этом, но герцогиня заверила меня, что это очень важно! — она поджала губы и неожиданно опустила глаза.
— Что-то еще случилось? Маркиз позволил себе что-то лишнее, оскорбил?
Риана покраснела и прикусила губу, а потом одарила меня рассерженным и крайне воинственным взором.
— Боюсь, что это я оскорбила его, Ваша Светлость! И возможно, даже пригрозила продырявить каблуком туфлю…
Я рассмеялся, чувствуя, как облегчение смывает последние остатки неприятного осадка после увиденного.
— Но ты так мило улыбалась маркизу, я и подумать не мог, что его компания так сильно наскучила тебе!
— О, поверь! Я способна даже убить с улыбкой на лице, стоит только разозлить меня как следует! — тут же заверяет меня Риана.
— Охотно верю, — не сдерживая довольной улыбки, отвечаю ей.
— Смею признаться, что я настолько ревнив, что и в этом случае готов требовать, чтобы это было исключительно моей привилегией и ничьей больше!
Она молчаливо изучает мое лицо, а потом снова прижимается к моей груди.
— Я никогда не смогла бы убить тебя! Я не способна причинять вред тем, кого люблю! — вполголоса произносит Риана, однако я все равно слышу каждое слово.
— Тебе нужно немного отдохнуть, ты не против? — она молчаливо кивает и позволяет вести ее сквозь галдящую толпу.
Мельком отмечаю маркиза, стоящего рядом с матушкой. Дампьер морщится и кривит губы, будто его накормили чем-то изрядно подпорченным. Герцогиня кажется удивленной и озадаченной, а, заметив мой взгляд, тут же прячет свое недовольство за маской холодного высокомерия. Да, матушку так просто не проймешь, хотя маркиз явно разочаровал ее!
— Она это специально, да? — спрашивает Риана, проследив за моим взглядом.
— Тебе не стоит об этом думать!
— Все в порядке, я смогу расправиться со всеми кавалерами французского двора, не волнуйся! В том, как разозлить мужчину и довести до исступления мне просто нет равных!
— В таком случае, я не подпущу тебя к другим мужчинам французского, да и не только французского двора! Боюсь, что это слишком опасно!
Оказавшись в пустом зале, я целую ее со всей силой своего чувства, не жалея нежных губ, прижимая к себе и едва сдерживаясь, чтобы не позволить своим рукам слишком много. Риана отвечает также решительно и страстно, удивляя меня своей смелостью и настойчивостью.
Остаток вечера я не отпускаю ее руки, смотрю на теплую и нежную улыбку, понимаю, что ее невозможно спутать с другими. На маркиза она смотрела совершенно иначе, да и на других мужчин тоже. А вот матушке Риана больше не улыбалась: сохраняла вежливый тон и настойчиво отказывалась от ее общества.
А еще все время искала взглядом свою сестру. Младшенькая действительно пользовалась на балу успехом, хотя на лице ее почти никогда не мелькала улыбка, только странная задумчивость и отстраненность. Кажется, в глазах других эта грустная русская княжна становилась загадкой. Примечательно, что охотников разгадать ее умело отбивал князь Воронцов, тоже явившийся на торжество. Глядя на печальные глаза девушки, развеселить которую не удавалось даже этому балагуру, я все чаще сожалел о том, что отослал племянника так далеко. Что ж, возможно, мне удастся сократить срок его службы, а любовь, если она и впрямь живет в их сердцах, обязательно выдержит это испытание!
Часть 3. Глава 35
Чем дольше я смотрела на сестру, тем больше я убеждалась в том, что она влюблена и… любима. Это было красиво — их чувства, они казались живыми, искренними. Ри улыбалась и, когда я наблюдала за ее счастьем со стороны, меня разрывало два противоречивых чувства: с одной стороны, я была очень рада за нее, а с другой, мне было горько и больно сознавать собственное одиночество и ущербность.
— Хватит прятаться ото всех за этой дурацкой пальмой, сестренка! — фигура Воронцова, словно из-под земли, вырастает прямо передо мной, и я испуганно вздрагиваю, заслужив тем самым осуждающий взгляд князя.
— Я вам не сестра, князь, опомнитесь! И я ни от кого здесь не прячусь! — обиженно отвечаю ему, с силой сдавив несчастный веер в руках.
— Не сестра, — тут же соглашается Воронцов. — Но я старательно пытаюсь убедить себя в обратном! — тут же добавляет он.
— Вам никогда не говорили, что вы немного, самую малость, не в себе, Алекс? — на всякий случай интересуюсь я.
— Постоянно, — беззаботно отмахивается Воронцов. — Но я не слушаю этих глупостей! Ну, так что? Ты действительно не прячешься здесь от потенциальных кавалеров?
— Конечно, НЕТ! Я отдыхаю от светского общества и любуюсь прекрасным убранством этого дома! — самоуверенно отзываюсь я.
— Что ж, тогда я намерен пригласить тебя на вальс, Алиса! — протягивая ко мне правую руку, заявляет Алекс.
— Ни за что! — испуганно вскрикиваю я, словно он только что предложил мне какую-то непристойность.
