Гайя полетела за ним, прислушиваясь к своему телу, радостно отзыыающемуся на движение — разве что легкому не совсем хватало воздуха, и она постепенно соразмерила темп — Дарий в любом случае быстрее, и она это понимала.
Они сделали несколько кругов по небольшому саду, разбитому вокруг задней части дома, пробегая невольно через главное крыльцо. Вспрыгнув на бегу на ступеньки в очередной раз с боку, Гайя увидела управляющего, пререкающегося с какой-то опрятно и даже с претензией на моду одетой женщиной у дверей и вспомнила — она же сама вчера велела пригласить кипасиса и его подручных, умеющих ухаживать за кожей и руками, очевидно, женщина и была обещанной мастерицей по уходу за ногтями, которая должна была первой начать заниматься превращением Гайи в ослепительную красавицу по заданию префекта.
— Дарий, завтракай без меня, — крикнула она мужчине, уже спрыгивающему с крыльца, и мастерица невольно обернулась на ее голос, укоризнено посмотрев вслед стремительно бегущей девушке, чье мускулистое тело прикрывал лишь легкий хитон.
Гайя вбежала, не снижая темпа, в ванну и встала под струю холодной воды, смывая пот. Завернувшись в легкую домашнюю столу и ступая мягкой кошачьей походкой, она вошла в свой конклав, куда велела пригласить мастерицу. Та уже успела разложить на полотенце свои инструменты и крошечные глиняные сосуды с различными притираниями.
— Несравненная госпожа путешествовала, как я слышала? — завела разговор мастерица, беря в свои мягкие и теплые руки ладони Гайи и внимательно их рассматривая.
От Гайи не укрылось, как она с недоверием вскидывала на нее глаза и пыталась сопоставить весь свой опыт и то, что успела вызнать о новой заказчице.
— Можно сказать, и так, — уклончиво ответила Гайя, устраиваясь в кресле поудобнее и отдавая руки во власть умелицы, пообещавшей вернуть им нежность кожи и ровную форму ногтей, обломанных просмоленными канатами. За весло Гайе и не давали садиться после выздоровления, да она и сама бы не стала бы браться за ту работу, которую не сможет сделать как положено — сядь она на весло, и вместо нее пришлось бы брать дополнительную нагрузку остальным ребятам, гребли же по трое, и там, где требовалось четверо. Но ставить паруса в бурю приходилось и ей, сжимая зубы от боли в едва зажившей груди и спине.
Мастерицу не смутили натруженные руки Гайи, и даже мозоли от рукояти меча — она мягко намекнула, что приходилось помогать обрести приличествующий вид вольноотпущенницам или внезапно взлетевшим на высоты богатого общества куртизанкам. Она аккуратно обработала ногти, возвращая им и без того поддерживаемую Гайей всю жизнь самостоятельно миндалевидную форму:
— Пурпуром будем покрывать?
— Давай попробуем, — согласилась Гайя, чтобы заранее прикинуть, насколько ей будет удобно с окрашенными в насыщенный цвет ногтями расхаживать по Палатинскому дворцу.
И вдруг мастерица подняла глаза выше по руке Гайи — и девушка увидела, как скривились ее губы в гримасе отвращения. Заплачено за услуги было щедро и вперед, поэтому мастерица смолчала и не стала задавать лишние вопросы, но скрыть содрогания при виде свежего неровного шрама от прижженной каленым железом раны на левом запястье красивой молодой женщины, она не смогла.
Гайя перехватила этот взгляд:
— Ты закончила?
— Пурпур же…
— Давай в другой раз, — твердо остановила ее Гайя.
— Но…, - хотела было напомнить мастерица, что заплачено же еще и за массаж рук, но сама поняла, что подняться пальцами выше кистей не сможет, слишком велика была брезгливость, когда она смотрела на розово-коричневый неровный рубец.
— Все, благодарю тебя. Управляющий расплатился?
— Да, — пролепетала мастерица, съеживаясь под ледяным взглядом гордо выпрямившейся девушки, вставшей с кресла и возвышающейся над ней на целую голову, если не больше.
Гайя вышла из конклава, оставив мастерицу собирать свои принадлежности, и тут же наткнулась на Дария.
— Что с тобой? — удивился мужчина, почувствовав волны боли, исходящие от нее. — Как превращение в первую красотку Рима?
— Не состоялось. — отрезала она, и тут же сменила тон на обычный и бодрый. — Меч не разучился держать?
Дарий с готовностью кивнул:
— Я свой захватил.
И они полностью отдались поединку с тем же жаром, с которым накануне ночью любили друг друга. Наконец, едва держащиеся на ногах от усталости и залитые потом, они бросились в бассейн атриума — неглубокий, но достаточно широкий и длинный, чтобы проплыть хоть немного наперегонки.
Гайя заметила, что Дарий, выбираясь на мрамор пола, придержался на мгновение за плечо, воровато оглянувшись на нее. Она шагнула к нему, чтобы предложить растереть его мазью, оставленной предусмотрительно Ренитой, но он опередил ее:
— Ты же позволишь мне сделать тебе массаж?
— Если это не потакание нелепым заботливым распоряжениям наших общих друзей, то не откажусь. Хотя и сама хотела тебе предложить..
— Так ведь и я не откажусь!
— Может, с тебя и начнем?
— Гайя, ну не лишай меня удовольствия… — лукаво улыбнулся всеми своими серыми глазами Дарий. — Для меня даже просто прикасаться к твоему телу уже награда.
