— Ошибаетесь, Филиппа, я имею на вас все права. Сейчас вы моя, — рыкнул, вжимая мои запястья в покрывало. — Невеста, наина, собственность, вещь — называйте как хотите. Как вам больше нравится. Главное, уясните для себя: я не терплю непослушания, и за каждое проявление характера вы будете наказаны.
Меня полоснуло его словами, как будто жесткой плетью прошлись по обнаженному сознанию. Жаль, запястья, словно наручники, сдавливали его пальцы, иначе, клянусь, я бы ему все лицо расцарапала!
— Накажете? Слабую беззащитную девушку? Как это по-мужски! — выплюнула и едва не зашипела, когда де Горт одним точным рывком перевернул меня на живот.
Дернулась — бесполезно. Ладонь хальдага легла мне на шею, будто вплавляясь в нее раскаленным железом. Широкая, горячая и до обидного сильная. Ни вздохнуть, ни пошевелиться. Сейчас я была беззащитней бабочки, наколотой энтомологической булавкой и помещенной в коробку коллекционера.
— Еще одно слово, Филиппа, и вы доведете меня совсем до другого наказания, — рыча, пригрозил мне эта скотина и принялся свободной рукой задирать мои юбки.
В виски ударила кровь, в голове зашумело, когда де Горт, закончив свое грязное дело, грубо дернул за панталоны.
Ткань жалобно затрещала, а я взвыла и снова забилась в отчаянном бессилии:
— Вы что творите?!
Перевернуться на спину, лягнуть ногой мерзавца, одернуть юбки не получилось. Уже в следующую секунду правая рука де Горта впечаталась в мою ягодицу. Чувство было такое, будто на кожу плеснули кипятком, поливали снова и снова, пока он прижимался ладонью к моей обнаженной плоти.
— Прекратите! Мне больно!
Садист! Маньяк!
Животное!!!
— Дышите, Филиппа. Глубоко и ровно. Я просто ставлю на вас защиту, — раздалось у самого уха спокойное и безразличное.
— Защиту от кого?! От себя?!
— Метка убережет вас от ментального воздействия других хальдагов. Влиять на чужих наин запрещается, но я предпочитаю подстраховаться.
Ничего себе у него подстраховочка. Да у меня сейчас живого места на мягком месте не останется!
— Мне больно. — Глаза защипало от слез.
— Если перестанете вырываться и расслабитесь, я закончу быстрее.
— Вы это говорите всем девушкам, которые оказываются у вас в постели?
— Только вам, Филиппа. Другим все нравится. — Короткая усмешка, и пальцы де Горта, как будто издеваясь, скользнули по внутренней стороне моих бедер и только потом оставили меня в покое.
Я тут же дернула наверх дурацкое белье, а юбки, наоборот, опустила.
— И что, этой пытки удостаиваются все наины? — подскочила на коленях и тихонько охнула. В том месте, где меня касались пальцы этого демона, кожа как будто горела.
— Защитную метку ставят на запястье или на плече, но вас, как уже сказал, надо было наказать, — просветил меня хальдаг. — Неприятные ощущения должны пройти к вечеру. До этого ни сидеть, ни лежать на спине вы, к сожалению, не сможете.
Ненавижу…
— Поэтому обед, боюсь, вам придется пропустить. Ну или приходите и ешьте стоя. Но я предпочитаю, чтобы вы остались в своей комнате и подумали о своем поведении.
Знал бы он, что я в данный момент предпочитала… Что бы в мире стало меньше на одного хальдага!
Де Горт направился к выходу, и мне следовало, мысленно его прокляв, отпустить с этим проклятием, но не понравился ультиматум про «оставайтесь в спальне». Бесцельно торчать полдня в четырех стенах я не собиралась, поэтому, придушив в себе кипящую ярость, сухо сказала:
— Мне надо в библиотеку.
— Зачем? — Стальной обернулся.
— Я дочитала свой любовный роман и хотела бы подобрать что-нибудь в том же роде.
Его всеподлючество поморщился, словно я ляпнула какую-то непристойность.
— Только не говорите, что у вас в доме не завалялось ни одного любовного романа. Про благородного лорда…
— И нежную кроткую леди?
Пунктик у него, что ли, на кротких леди…
— Про любую леди. Так можно мне в библиотеку или вы запрете меня здесь и посадите на цепь?
— А у вас богатая фантазия, Филиппа. — Де Горт негромко хмыкнул. — Но, пожалуй, цепь оставим до следующего раза, когда вы снова решите показать характер.
— Я уже предвкушаю… — Еще одно проклятие, парочка матерных слов, и я, скрежетнув зубами, спрашиваю: — Так можно мне в библиотеку?
— Она в вашем полном распоряжении, леди. Увидимся вечером, — попрощался со мной хальдаг и вышел, явно довольный воспитательным процессом.
А я снова попыталась сесть и снова ойкнула. Тихо ругаясь, сползла с кровати, разыскала туфли (одна обнаружилась в спальне, другая валялась возле лестницы в коридоре) и, морщась от боли, не спеша пошла в библиотеку монстра.
Библиотека в доме де Горта была большой и мрачной, ну то есть полностью соответствовала своему хозяину. Высокие темные стеллажи, не менее темные массивные столы, тяжелые шторы и камин, щерившийся закопченной пастью. Хорошо в нем еще тлели угли, а рядом стояла корзина с дровами.
