— Ну да, теперь еще и я крайняя. Просто твой хозяин, Морс, беспечный и самоуверенный скот. Я хотела сказать, лорд! — поправилась вынужденно, заметив, как вейр негодующе сверкнул глазами.
Меня тут еще, видите ли, и виноватой выставляют. Лучше бы вместо того, чтобы кусать меня вчера и обцеловывать везде, где только можно (и где нельзя!), наставлял меня. Словами, а не как сегодня.
«В общем, если коротко, сиротка, все, что от вас требуется, — это слушаться во всем Мэдока и сплотиться. Иначе наины других хальдагов сожрут вас с потрохами, в этом даже не сомневайся».
— Как долго продлится охота?
«Месяц или чуть больше. Все будет зависеть от количества этапов и от того, как быстро будут покидать охоту ее участники».
Продержаться месяц, играя непонятно во что, будучи попаданкой вне закона, да еще и самозванкой?! Кажется, миссия по спасению себя любимой и выживанию в этом мире имела все шансы провалиться еще на начальных этапах.
— Испытания начнутся уже сегодня? — кисло осведомилась я у Морса.
«Нет, сегодня будет бал, чествование претендентов и их избранниц, выпивка и танцы. А „воевать“ начнем уже завтра. Ну или сегодня ночью».
— Успокоил, — мрачно хмыкнула я.
Остаток дня меня одолевала тревога, с которой никак не получалось бороться. Я нервничала, вздрагивала от малейшего шороха и все ждала от судьбы еще какой-нибудь подножки.
Вернувшись к себе, первым делом отправилась в ванную, чтобы полюбоваться на свою задницу. Ожидала увидеть какую-нибудь красивую татушку, вроде той, что украшала плечо де Горта, только поменьше и поженственнее (зря, что ли, боль такую терпела), но увидела просто покрасневшую кожу, которую продолжало печь.
Никаких загадочно-мистических символов, только красная булка.
Обед, который Илсе принесла мне в комнату, пришлось есть стоя, потому что сидеть я все еще была не в состоянии. Ела, скользя рассеянным взглядом по заснеженному саду, и продолжала мысленно проклинать хальдага. Потом немного полежала на боку, все так же незлым тихим словом вспоминая своего шертова господина, а заодно прокручивала в уме все, что рассказал мне Морок.
Все плохо, все туманно, и по-прежнему совершенно не ясно, что произойдет в ближайшее время. Наверное, наиболее благополучный для меня исход — это быстрый проигрыш Стального. Тогда я просто вернусь к «родственникам».
Хм… чтобы выйти замуж за Карела.
Нет, тоже вариант так себе.
Оставалось одно: стараться быть во время охоты максимально незаметной и быстро, очень быстро искать способ вернуться на Землю. Вот только я не представляла, откуда начинать поиски и кого просить о помощи.
Где-то около четырех ко мне заявился… де Горт. Если честно, я думала, что это госпожа Лендерт привезла платье, поэтому из ванной, где умывалась, чтобы убрать следы слез (я не плакала, просто в глаза по соринке попало), выходила с улыбкой, настраиваясь на приятное общение с портнихой. Но стоило увидеть Стального, как улыбка сползла с моего лица, словно маска, и я холодно поинтересовалась:
— Что будет угодно вашему всемогуществу на этот раз? Мне лечь, раздеться или вы принесли цепи?
По лицу хальдага промелькнула какая-то тень, но он быстро вернул своему лицу невозмутимое выражение и подозрительно вежливо проговорил:
— Да, спасибо, Филиппа. Буду благодарен, если вы ляжете на кровать и приподнимете юбки.
Я чуть не застонала.
— Что, опять?!
Вместо ответа де Горт двинулся на меня.
— Слушайте, ну понаказывали, и хватит. Сдалось вам мое воспитание? — отступая, пыталась я достучаться до сострадания железобетонного гада. — Обещаю вести себя примерно до конца охоты, ну или пока не проиграете.
— А с чего вы решили, что я проиграю? — зыркнул на меня из-под нахмуренных бровей герцог.
— А с чего вы решили, что выиграете?
Я тут же прикусила свой длинный язык, который уже не раз усложнял мне жизнь, и попыталась спрятаться за первым попавшимся предметом мебели — кофейным столиком. Увы, ненадежное укрытие не спасло меня от участи быть схваченной этим любителем метить все, что дышит и двигается. Ну и огрызается. В стрессовых ситуациях.
Вцепившись мне в руку, де Горт притянул меня к себе.
— Вы не ответили на мой вопрос, леди Адельвейн. — В зеленых глазах таяли искры, а может, наоборот, готовы были вспыхнуть с новой силой.
— Вы слишком самоуверенны, а это качество еще никого до добра не доводило. И вряд ли доведет вас до трона.
— А вы так ничего и не поняли, Филиппа, — заявили мне в губы, скользя ладонью по моей талии.
Хорошо хоть не по заднице.
Прижалась рукой к каменной груди Истинного, пытаясь от него отодвинуться, но отстраниться мне не дали.
— Я все поняла, прониклась и впечатлилась. Вашими методами дрессировки. А теперь, может, оставите меня в покое? Сейчас придет портниха и…
— Я пришел не наказывать вас, а лечить.
А вот это уже что-то новенькое.
Де Горт все-таки меня отпустил, и я тут же, словно горная козочка, отпрыгнула от него за кресло. Вцепилась в его высокую спинку и с недоверием спросила:
— А вы точно тот самый утренний Мэдок?
— Точно. — На губах хальдага появилась почти улыбка. — Других Мэдоков, дневных и вечерних, здесь нет.
