Этот чертов вещдок переводил все на другой уровень, делал официальным.
Одно радовало, теперь его нечем будет прижать. Даже если с этого сделали копии, всегда можно оспорить, что это сфабриковано. И тут уж он отобьется. Павел не сомневался.
Поэтому, подавив тошное чувство собственной ущербности, он оправил таки этот сшив в архив на хранение и выдохнул относительно свободно.
***
Но глава города оставить Торопова и дальше сидеть на этой должности не собирался. Да, он из уважения к его жене не стал валить Павла Всеволодовича со скандалом. Но это можно сделать и иначе, по-тихому. За ту же суету с бизнесом.
Теперь Евгений Борисович следил за Тороповым особенно пристально.
***
Что же касается Наташи...
Она не могла понять почему, но вдруг оказалась в изоляции. Ее подруга Нина, которая столько помогала ей, теперь внесла ее в черный список. Везде. Наташа пыталась связаться с ней сразу после того неприятного разговора с Павлом, и еще в течение всего следующего дня, даже симку меняла, бесполезно.
Это было слишком.
Тогда она поехала к той на дом.
И там состоялся тоже весьма неприятный разговор. В квартиру-то Нина ее впустила, но заявила сразу:
- Тебе не надо приходить сюда. И больше не звони мне, надо прекратить общение.
Вот, значит, как?! Только недавно были подруги, а теперь пошла нах***? Наташу прямо прорывало на мат, однако она сдержалась.
- Может быть, объяснишь, что вдруг такое случилось, что ты мне от дома отказываешь?
- А тут нечего объяснять. Просто исчезни отсюда и все.
- Фу, как некрасиво, - Наташа поджала губы и демонстративно отряхнула рукав.
А та сухо проговорила:
- Тебе пора.
- Я никуда отсюда не тронусь. Пока не узнаю, что происходит. И, если не забыла, у тебя кое-что, принадлежащее мне. Верни будь добра.
Непонятное выражение обозначилось на лице Нины, однако она мотнула головой в сторону кухни.
- Проходи. Но это будет последний раз.
И Наташа пошла за ней с твердым намерением узнать, с какой радости ее вдруг сделали нерукопожатной.
- Садись, - указала ей Нина, а сама пошла ставить чайник и закурила.
Некоторое время висело молчание, Наташе уже надоело, и она начала:
- Может быть объяснишь...
- Сейчас, - резко бросила та, поставила перед ней кружку и села напротив. - Нет твоего альбома. Нет, понимаешь?
- Как это нет?
- А вот так, милая. И вообще, - она приблизила свое лицо и зашипела. - Это же какой надо быть дурой, чтобы так всраться! У тебя же все было на мази, но ты умудрилась... - и махнула рукой. - А, что тебе объяснять.
- Нет уж, ты объясни.
Нина смерила ее презрительным взглядом. А вот этого не надо, ничем не лучше ее! Но Наташа не успела возмутиться.
- Думаешь, кому-то есть дело до каких-то альбомчиков? Или кто с кем ты спит? Нет, Наташенька. Всем плевать. Все под шумок свои дела проворачивают и все об этом знают. НО. Если засветишься, про*бешься где-то, достаточно будет любой мелочи, чтобы спустить тебя в унитаз. А ты про*балась. И я теперь не хочу, чтобы ты потащила меня. Поэтому - я тебя не знаю и ты меня не знаешь.
- Подожди! Что я сделала?
- Мне плевать. Но твой Торопов теперь может считать дни. Его сольют.
И отвернулась.
- Пей свой чай и уходи.
- Постой! Но как же я?
- Не знаю. Мне плевать.
***
Оттуда Наташа уходила ошалевшая и злая.
И пока ехала домой, решила позвонить Иевлеву. Тот ответил довольно быстро.
- Да.
- Послушайте, это ваших рук дело?! - начала было Наташа, из нее это просто рвалось.
А он просто ответил:
- Да, моих.
И она так и осела от подобного цинизма.
- Но что я вам сделала?! - взвизгнула она, искренне не понимая.
- Мне? Ничего. Но вы влезли туда, куда не должны были.
- Я!..
- Вас предупредили? Предупредили. А теперь смотрите, что будет дальше.
- Вы мне угрожаете?!
- Просто объясняю, - ровно продолжал тот. - Что у любого действия есть противодействие. И не стоит недооценивать противника.
Она с минуту молчала, потом проговорила:
- Вы еще не знаете, на что я способна.
Адвокат усмехнулся:
- Ну что ж, удивите меня.
***
Домой Наташа приехала вся издерганная, но и там ее ждал сюрприз. Ее сумки стояли в прихожей, она сразу их узнала. А из гостиной показался хмурый Павел.
- Ты что, выгоняешь меня? - спросила она.
- Не надо драматизировать.
- А ты ничего не забыл? - ее просто прорвало.
- Не забыл, не волнуйся, - едко бросил мужчина и протянул ей пластиковую карту. - На первое время хватит. И я снял квартиру, пойдем, я отвезу тебя.
Ехали в полном молчании.
Это было дно. Самое настоящее. Впрочем, нет. Она собиралась подняться.
Квартира была, конечно, не то, к чему Наташа успела так быстро привыкнуть. Все намного скромнее. Двушка в спальном районе. Дешевая сантехника, обои, мебель... А она уже маме написала, что выходит замуж за человека с положением.
Павел поставил ее сумки и застыл в центре комнаты.
Повисло тягостное молчание.
- И что, - не выдержала наконец Наташа. - Бросишь меня здесь?
Слишком уж это напоминало ей ту обстановку, из которой она когда-то поклялась себе выбраться. Интеллигентная бедность, родительский дом, вечная нехватка денег, одежда из секонд-хенда.
