Спутник Арнвера снял со стены лютню, несколько раз провел по струнам и выжидательно посмотрел на Сивела. Тот кивнул и начал читать нараспев:
И снова, едва дошло до справедливой кары, голос Сивела наполнился силой и зазвенел торжеством:
Сивел умолк. Молчали и гости. Арнвер провел ладонями по лицу, то ли борясь с хмелем, то ли отгоняя печальные мысли.
– Ничего, петь ты горазд, – сказал он наконец. – Хорошо, что я не велел разукрасить тебе рожу, хоть и ненавижу старых пердунов с острова и их прислужников. Ну ладно, что замолчал? Пой дальше.
– Это все, господин, – смиренно ответил Сивел. – Здесь песня кончается.
– Неправда!
Голос прозвучал со стороны кухни, и все обернулись на звук. В дверях стояла Дари с подносом. Увидев обращенные к ней взоры, она залилась румянцем и уже тише повторила:
– Неправда. Это не вся песня. Там есть и дальше слова.
– Вот как? – Арнвер вскинул брови. – Смотри, какая шустрая! А ты можешь спеть?
Дари потупила глаза, но кивнула.
– Ну так спой! Если хорошо споешь, я тебя награжу! А ты, Солнцев пес, пользуйся случаем, уноси ноги.
Дари побледнела, но потом гордо вскинула голову, будто сама была той ведьмой-летавицей, и, не спуская с Арнвера глаз, заговорила:
