– Я расскажу тебе, как будет, – спокойно вещал Аззан, будто делая одолжение. – Тебя, – он ткнул пальцем в сторону Тимофея, – я убью. Слишком много проблем ты мне создал – никто не имеет права кидать меня на бабки. А тёлку твою, – он с удовольствием заглянул брюнету в глаза и усмехнулся, – отдам хозяину, который за неё, между прочим, дорого заплатил. Она – его собственность. А значит, и моя.
Кулаки Тима сжались так, что они затряслись от напряжения. Моё дыхание сбилось, мне перестало хватать воздуха, в этот раз уже не от удушения, и я с трудом сглотнула застрявшую в горле слюну. Плеча аккуратно коснулась чья-то рука, и я, резко обернувшись, встретилась глазами с Сашей. Девушка безмолвным жестом хотела показать мне, что я не одна. На меня смотрели все ребята – их поддержку я чувствовала даже на расстоянии. Гектор разнервничался и, казалось, не на шутку разозлился. Только Аида единственная, кто был в полнейшем шоке, – она держалась отстранённо и потерянно. Её светлые глаза нервно бегали, не останавливаясь на ком-то конкретно.
Клим нервно сплюнул и произнёс:
– Чувак, ты чё, псих, что ли? Или до сих пор не догнал, что никто просто так Тимона и Ники тебе не отдаст?
Аззан в недоумении уставился на самого крупного из всех присутствующих парней.
– Верно! – повысив голос, кивнула Саша, и Падший перевёл изучающий взор на неё.
Гектор хрустнул пальцами в замке и враждебно сверкнул глазами, серьёзным тоном предупреждая:
– Кисмет не твоя территория. Тебе здесь нечего ловить, и тебе здесь не рады.
Звучало убедительно – я бы поверила.
Аззана ставило в тупик, что среди нас есть и люди, и Падшие. Склонив голову набок, он пристально рассматривал каждого из нас, с нескрываемым любопытством заглядывая в лица. На его губах застыла то ли презрительная усмешка, то ли искреннее изумление. Неизвестный коктейль из смешанных чувств и эмоций.
Феликс поравнялся с Тимом на том основании, как я догадалась, что он старший, и криво улыбнулся, вероятно, в попытке сгладить углы:
– Аззан, ты пришёл в компании своей свиты в Кисмет с недружескими намерениями. Угрожаешь членам моей семьи. Разве это поведение достойно мудрого лидера? – последовательно раскладывал мужчина по полочкам суть. – Ты должен понять – если придётся, мы, не раздумывая, бросимся на защиту своих близких.
Падший еле сдержал улыбку, а его соратники с каменными лицами прожигали нас взглядом.
– Семья, значит? – он посмотрел на сосредоточенного Тимофея. – Ты правда веришь во весь этот бред, Тим?
Брюнет презрительно бросил:
– Тебе, кажется, уже ответили.
И вновь ужасный хохот Аззана обрушился на нас, будто раскачивая деревья над головами.
– Вот как. Но не все согласятся с тобой, – пронзительный взгляд буравил Тимофея. – Как думаешь, кто мой информатор? Кто рассказал мне, где искать тебя и твою милую подружку?
Все поняли, к чему он вёл. Но это блеф – я была абсолютно в этом уверена. Аззан искусный манипулятор, он хитроумно жонглировал эмоциями и давил на болевые точки, чтобы выбить нас из колеи. Нащупывал слабое место и давил на него сильно и долго, причиняя боль каждым своим словом. Внушить человеку, что его чувства предали – это эффективнейший способ выбить землю из-под ног у любого. Сомнения – они страшнее оружия.
– Лжец, – огрызнулась я, уверенная в том, что говорю.
Падший лишь усмехнулся, с издёвкой покосившись в мою сторону, и вновь вернулся к сверлению взглядом Тима.
– Ох, Тим, не хотелось бы забирать твою наивную веру, – с наигранной заботой продолжал нагнетать он. – Но в твоей так называемой семье есть крыса, – он выждал театральную паузу, с наслаждением наблюдая за выражением лица парня, и ткнул пальцем за мою спину.
Все, словно сговорившись, обернулись.
Как у пугливого зверька, светлые глаза женщины метались от Феликса к Тимофею и обратно, потому что Аззан указал на Аиду. Было видно, как она неровно дышала, озираясь с опаской по сторонам, ведь на неё направлены все потрясённые взгляды, полные презрения, злости и разочарования. Не было надобности спрашивать, правда ли это – на её растерянном лице отпечатался ответ. Бедный Феликс… Он напоминал рыбу, попавшую на сушу, его рот открылся и закрылся несколько раз, так и не найдя что сказать. А Элли, стоявшая внизу, рядом с матерью, отошла назад, брезгливо уставившись на женщину, – даже она всё поняла. Моя голова наполнилась тяжестью, но какой-то пустой, потому что я была не в силах найти оправдание для блондинки. Болезненно прикусив губу, я нерешительно взглянула на Тима. Его красивое лицо, словно идеальный гипсовый слепок, не выражало ничего, когда он, не отрываясь, смотрел на Аиду, так подло его предавшую. Возможно, он до конца не мог это осознать и поверить словам Аззана и потому надеялся прочитать в глазах женщины опровержение. Внутри парня сейчас бушевала буря, размеры которой только одному богу были известны.
Лидер группы соперников терпеливо медлил, с блаженством упиваясь удачным ходом и всеобщей растерянностью.
