Только не на меня, а на Аню, и мне бы радоваться, что ему никакого дела до меня нет. Только кажется, что стала невольным свидетелем чего-то, что видеть мне было нельзя.
Ни в коем случае.
Роман Георгиевич переводит на меня взгляд, скупо кивает, приподняв бровь, но если он и удивлён, никак этот момент не комментирует. Оставляет без внимания и, развернувшись, исчезает в дверях так же внезапно, как и появился.
– Кхм, – Аня щедро плещет на дно стакана коньяк, морщится и всё-таки разбавляет колой. Пьёт жадно, а я замечаю, что после таких лихачеств может стать нехорошо.
– Ай, ладно. Ты ж мне не мамочка, да?
В тоне появилась странная резкость, причину которой найти не могу. Или не хочу искать, потому что меня чужие отношения не касаются.
– Делай, что хочешь, мне-то что, – я гашу резкость слов искренней улыбкой, и Аня вроде бы как расслабляется.
Я бы спросила, что случилось, потому что любопытная. Выслушала, но приставать к людям не умею, потому поднимаюсь и иду к бассейну. Усаживаюсь на бортик, сбрасываю обувь и окунаю ноги в тёплую воду. Сегодня со мной случилось так много, что только на обдумывание всего уйдёт туча времени, но сейчас просто смотрю на воду, болтаю в ней ногами, рассматриваю собственные стопы и счастливо жмурюсь.
Голоса парней снова слышны – Марк возвращается. Интересно, он уже виделся с отцом? Оборачиваюсь, замечаю глубокую складку между тёмно-русых красиво изогнутых бровей, и что-то царапает под грудью. Так ощущается тревога, хотя Женя с Олегом смеются и что-то живо обсуждают. Только вот Марк не поддерживает веселье, хотя и пытается поддержать разговор. Но я вижу – ему трудно сконцентрироваться: мысли бродят где-то далеко-далеко, а палец то и дело касается переносицы.
Мы так мало знакомы, ещё в самом начале пути, и мне очень нравится собирать образ Марка по кусочкам. Следить и подглядывать, подмечать, фиксировать в уголочках памяти всё с ним связанное. Прятать подальше, чтобы потом, когда останусь наедине с собой, вытряхнуть эти разноцветные осколки на покрывало и перебирать мысленно, складывать мозаику, составлять узор.
Тёплая вода ласкает ноги, я упираюсь руками в бортик, откидываю голову, смотрю назад, и что-то “мажет” на периферии зрения. Светлое пятно – Аня. Она поднимается, топчется на месте, напряжённо вглядываясь в спины болтающих парней, но на неё похоже обращаю внимание только я. И то, сама не знаю, почему. Но что-то не даёт покоя.
Аня взмахивает головой, тонкими пальцами “расчёсывает” шикарные волосы, а они ещё ярче на солнце переливаются. Будто для храбрости допивает свой ядрёный коктейль, а у меня даже на расстоянии зубы сводит от его крепости и комок к горлу подступает.
Расправившись с алкоголем, Аня, покачивая бёдрами, направляется к парням. Улыбается, трогает Олега за плечо, обнимает его за шею, в губы целует и, что-то шепнув на ухо, уходит и меньше чем через минуту её уже не видно.
В воде солнечные блики, плечи припекает, тёплый ветер играет с волосами, а совсем рядом тёмная тень – Марк.
Кладу голову Марку на плечо, а он толкает меня ногой под водой, брызжет, и я смеюсь, отвечая ему тем же. Шуточная борьба длится долго, и мы с Марком мокрые, но счастливые. Только в тёмных глазах что-то тревожное мелькает, что даже улыбкой и громким смехом не стереть.
– Поехали кататься? – предлагает Марк.
– А как же вечеринка? Твои друзья?
– Да пусть остаются, им и так весело, – пожимает плечами, а за спиной Олег с Женей о чём-то громко спорят. – Они шашлыки собрались жарить, сейчас как раз решают самим мариновать или в ресторане подготовленное мясо заказать.
– Это, похоже, надолго, – не удерживаюсь от весёлого смешка, глядя на оживлённых парней.
– Угадала, – Марк притягивает к себе, целует в висок, тёплый и внезапно очень близкий. – Так что покатаемся и вернёмся как раз к основному блюду.
– Твой отец вернулся… ты видел?
Марк кивает и снова окатывает меня водой, и платье моё уже мокрое насквозь, подол липнет к бёдрам.
– Видел, у него дела какие-то в городе, а мать ещё там осталась, у друзей.
Наверное, у них в семье что-то не в порядке, если при первой же возможности родители Марка разбегаются по разным углам. Но разве меня это должно как-то касаться?
– Ну что? Поедешь со мной? – хитрый взгляд из-под ресниц. Разве ему могу сопротивляться?
– Подожди тогда, я переоденусь. Кто-то меня с ног до головы намочил, – языком цокаю осуждающе, а Марк смеётся.
– Жду! На парковку сразу выходи.
В теле появляется лёгкость, я подхватываю тапки и спешу к выходу. Там, в домике, есть чистая и сухая одежда – брала на всякий случай несколько запасных вещей. Так, вытереть лишнюю воду большим полотенцем, обуться, взять в рюкзаке ключи и быстро-быстро двигать ногами, чтобы поскорее оказаться наедине с Марком.
Только от одних мыслей об этом сладко кружится голова. Я влюблена катастрофически и мне нравятся эти чувства и эмоции.
Чтобы попасть на улицу, нужно пройти через галерею коридоров, и шаги мои в тишине отражаются от стен, словно по замку древнему бреду и вот-вот из-за поворота выскочит огнедышащий дракон.
