Зайдя внутрь, мы устремились всё к той же картине, выполненной в акварели, на которой была изображена обнажённая женщина. Картина висела на вешалке для одежды. Женщина сидела на полу ссутулившись, с широко разведёнными ногами. На её розовой коже отчётливо выделялись красные соски и чёрная точка — пупок. Несмотря на то, что женщина прикрыла промежность рукой, она немного развела пальцы в стороны, будто знала, что за ней могут подглядывать. Волосы такого же чёрного цвета, как и на голове, струились между её тонких пальцев.
— Могу я вам чем-то помочь? — спросила продавец.
— Нет, — произнесли мы одновременно громко.
Финн пристально смотрел на картину. А затем тихо произнёс.
— Я не могу перестать об этом думать, о том, как мы занимались сексом. Ни вчера вечером, ни сегодня утром, даже сейчас. Твоя совершенная грудь. Твоя попка, которая помещается в мою ладонь.
— Прекрати, — это уже было слишком. От его слов кружилась голова, я уже не была уверена, что смогу себя контролировать.
— У тебя тело ангела, — продолжил он, — или дьяволицы. Я ещё не решил.
Я перевела свой взгляд с картины на него.
— Это комплимент?
— Нет, — сказал он, снова посмотрев на меня. — Это проблема.
На 19–ой улице Финн поинтересовался о начале показа следующего фильма. Кассир в кассе кинотеатра едва оторвала взгляд от компьютера, одно из двух, либо она сидела в Твиттере, или же всё-таки просмотрела время сеансов.
— Следующий как раз начинается через пять минут, — сказала она.
— А он хороший? — уточнил Финн.
— Конечно, замечательный.
— А если честно, скажите правду.
Она обернулась через плечо, прежде чем произнесла.
— Полный отстой. Настоящий провал кассовых сборов.
— Отлично, — Финн достал бумажник. — Два взрослых на полный провал кассовых сборов.
Ещё пару минут назад Финн завёл меня до чёртиков посреди винтажного магазина, поэтому я не была уверена, что смогу спокойно сидеть на протяжении следующих двух часов.
— Финн…
— Да, любимая?
Тепло разлилось по моему телу. Он застал меня врасплох. Я не могла быть его любимой, но ведь женщина в кассе об этом не знает. Казалось, ему доставляло такое же наслаждение называть меня так, как и мне это слышать. Я решила промолчать.
— Ничего.
— Вот и замечательно, — ухмыльнулся он.
Как только мы вошли в фойе, наполненное ароматом попкорна, у меня внутри всё натянулось, как гитарная струна. Финн поинтересовался, не хочу ли я чего-нибудь. Я сказала, что ненавижу попкорн. Он был доволен, по крупицам узнавая что-то новое обо мне. Я солгала насчёт попкорна, просто из-за него нахлынули воспоминания и чувство вины, которые на данный момент лучше было бы спрятать глубоко на задворки сознания.
Мы вошли в темноту зрительного зала. Его пальцы поглаживали моё запястье, внезапно ступив на наэлектризованный ковёр, все волоски на моём теле встали дыбом. Я только теперь поняла, что когда мы займём свои места, он будет прикасаться ко мне, по этой причине мы здесь и находимся. Продолжить то, что мы делали вчера вечером.
Перед глазами замелькали картины-воспоминания, как сперва он опрокинул меня на диван, затем перевернул на живот и исследовал доступные участки моего тела сзади, затем перевернул меня снова на спину, когда уже был готов перейти непосредственно к сексу. Его руки, раскрывающие меня для его рта.
— С тобой всё в порядке? — спросил он.
— Да.
Мы остановились, потому что трейлер к какому-то боевику прогремел, будто началось землетрясение. Когда мои глаза привыкли к темноте, я увидела, что зал был полностью пустым.
Финн повёл меня на самый последний ряд и усадил возле стенки. Как только мы уселись, он снял куртку и набросился на меня. Кончиком носа он дотронулся до моего ушка, а его горячее дыхание обожгло мою кожу.
— Я больше не могу ждать, — сказал он, срывая пальто с моих плеч, я мигом выскользнула из него. — Есть какие-либо идеи?
Воспоминание о том, как он ощущался внутри меня, обожгло новизной, даже болью, но такой приятной. Я положила руку на его член и ощутила, как сильно он был возбуждён.
— Есть кое-что.
Он прошипел моё имя сквозь стиснутые зубы, будто едва сдерживался, чтобы не взорваться. Он прижал меня к спинке кресла, жестко поцеловав. Но и у меня внутри бушевал ураган, я ответила ему с таким же желанием, начав двигать рукой по его возбуждению. Он вторил моим движениям и ласкал меня через джинсы, как раз напротив клитора. Его пальцы сразу же стали двигаться неистово, от чего у меня перед глазами всё поплыло. Жесткая ткань и его настойчивость окончательно лишили меня контроля. У меня перехватило дыхание, я была уже не в состоянии его целовать.
— Уже почти? — я услышала его тихий смех.
— Как ты узнал?
— Ты замираешь перед тем, как кончить.
Моя рука замерла у него между ног, плечи практически вжались в уши, а бёдра начали дрожать от напряжения. Я прошептала, несмотря на то, что мы были одни.
— Ты собираешься довести меня до оргазма прямо здесь, в общественном месте?
— В конечном итоге, да. У нас в запасе всё ещё есть пара часов, — он снова накрыл мой рот своим.
