— Эд, я не готов произносить брачную клятву в ближайшее время. Я даже рад, что ты мой преемник, — уголок моего рта непроизвольно потянулся вверх. — Ты единственный, кому я безоговорочно доверяю. И точно знаю, что ты не будешь плести заговоры и интриги против меня.
— Спасибо, Ваше Величество, за доверие, — склонил он голову на полном серьёзе.
— Лучше расскажи, как у тебя обстоят дела? Как поживает леди ди Сонг? Дату свадьбы уже назначили? — старался я быть невозмутимым, ощущая лёгкую зависть к счастью кузена.
— Да. Жди приглашения на свадьбу, — просиял Эдвард. — Знаешь, я стану отцом.
И тут герцог отличился. Мои губы невольно сжались.
— Чудесно. Поздравляю, — сухо произнёс я, легко постукивая пальцами по подлокотнику. — А ведь это мог быть мой ребёнок, если бы у меня получилось соблазнить Кларису.
Эдвард напрягся, сжав челюсти.
— Но я рад, что ты встретил магическую пару, дорогой кузен. Береги эту редкость, — поспешил я разрядить напряжение, которое снова ненадолго возникло между нами. — Искренне желаю тебе счастья и много наследников. Но не знаю, приду ли на вашу свадьбу. Не готов я видеть ваши счастливые лица в храме.
— Понимаю, Бенедикт, — вздохнул он облегчённо. — В любом случае, мы будем ждать тебя как самого почётного гостя. Торжество проведём скромно. Кларису часто тошнит по утрам. Сам понимаешь, нелегко ей сейчас.
— Конечно, Эдвард, — кивнул я. Хоть у кого-то из близких всё наладилось. — Кстати, давно хотел спросить у тебя, — сдвинул я брови на переносице. — Где ты отыскал ту рыжую куртизанку для моего мальчишника? Да ещё невинную.
— С чего ты вдруг вспомнил про неё? — недоумённо посмотрел на меня кузен, и улыбка проскользнула на его губах. — Понравилась?
— Можешь просто ответить и не задавать лишних вопросов? — пальцы сжали подлокотники кресла. Эдвард хмыкнул, покосившись в сторону.
— В доме утех барона ди Ледра, — спокойно произнёс родственник. — Он единственный, кто смог отыскать столь необычный заказ для тебя. Хочешь снова приласкать ту куколку?
— Нет, — резко оборвал я его вопрос. — Не хватало мне ещё с куртизанкой спутаться. Тогда она была невинной и чистой. Представь теперь, сколько мужчин побывало у неё в постели за это время.
— Да, представил. Тебе пора просто завести новую любовницу. Таких немало найдётся при дворе, — обыденно рассуждал Эдвард. — Так безопаснее, чем таскаться к продажным женщинам.
— Всё, Эдвард, оставь меня. Езжай лучше домой в объятия своей ненаглядной Кларисы, — раздражение зазвучало в моём голосе. — Я хочу побыть один.
— Уверен? — нахмурился он, вглядываясь в моё лицо. — Не нравится мне твой настрой в последнее время. Не отдыхаешь совсем, с утра до ночи в государственных делах. Такое ощущение, что специально изматываешь себя. Давно тебя целитель осматривал?
— Рейли говорит, что у меня депрессия, — пренебрежительно хмыкнул я. — Что я, дама какая, чтобы впадать в уныние? Придумал тоже. Просто забот много.
— Я бы на твоём месте не храбрился, а выполнял предписания своего целителя, — вздохнул кузен, вставая с кресла. — Береги себя, Ваше Величество. Я не в восторге из-за того, что могу занять трон империи.
— Спокойной ночи, Эдвард, — выразительно посмотрел я на него, давая понять, что разговор окончен.
— И тебе, Бенедикт, — родственник слегка похлопал меня по плечу и пошёл к дверям.
Когда я остался снова один, наконец-то вспомнил про кофе. Напиток давно остыл, и я поморщился, сделав глоток. Зачем я вспомнил снова о Кэтти?
Ночную фиалку я довольно часто вспоминал, особенно в последнее время. Ни одна любовница не могла затмить её чистый образ в моей памяти. Даже когда я увлёкся леди ди Сонг, Кэтти снилась мне.
Порой хотелось выведать у Эдварда, где он нашёл девушку, но каждый раз я мысленно одёргивал себя. А сегодня не удержался и спросил. Зачем? Что мне даст знание о месте её работы? Как представлю её в объятиях то одного клиента, то другого, тошно становится.
На самом деле, я боялся разрушить воспоминания о той ночи. Нежная, чувственная ночная фиалка отдалась мне самозабвенно, подарив свою невинность. Пусть за деньги, но она была настоящая. Между нами искрила неподдельная страсть, такое невозможно сыграть. Я бы точно уловил фальшивые ноты в её стонах.
Вдруг мощный удар ветра распахнул окно, и морозный ворох снежинок ворвался в библиотеку, закружив вокруг меня. Я уже поднял руку, призывая магию, чтобы закрыть окно, как в нос ударил аромат ночной фиалки: лёгкий, нежный и чистый. Магия внутри меня всколыхнулась, и сердце бешено забилось в груди. Я поднялся с кресла, медленно подошёл к открытому окну. Ветер бил меня по щекам, развевая волосы. Аромат фиалки стал невыносимым, словно за окном раскинулось нескончаемое поле цветов. Магия бесновалась в жилах, на пальцах засияли сикры.
Я приподнял руку, удивлённо рассматривая перстень блодеров. Рубин горел, словно внутри него пылало настоящее пламя. Что происходит? Вспышка, и по камню начала растекаться чернота, полностью заполняя его. Вмиг рубин превратился в шпинель, окончательно погаснув.
— Этого ещё не хватало, — процедил я и коснулся камня.