Я улыбнулась — император уважает местные порядки, установленные Дарией. Говорят, в её роду были гномы. Женщина осталась в приюте шеф-поваром, когда сама сюда попала, лишившись дома за долги, которые наделал её муж, играя в карты. Они оба теперь живут тут. Её супруг работает садовником и практически не выходит за пределы приюта, боясь, что опять попадёт под влияние тяги к азартным играм. Их дети ходят в городскую школу и уже привыкли к новому дому.
— На обед останетесь, Ваше Величество? — улыбалась довольная повариха. — Могу что-нибудь для вас особенное приготовить, например, отбивную из телятины. Утром Ганс привёз с рынка свежую.
— Да. Мы останемся на обед, Дария. Спасибо, но мне подайте то же, что и остальным. Знаю, вы готовите божественно. И даже куриный суп с лапшой у вас выходит восхитительно, — Бенедикт искренне похвалил женщину, отчего та зарделась румянцем.
— Воля ваша, — она учтиво склонила голову.
— Думаю, пора посмотреть сад, — предложил директор приюта.
— Вы правы, пора подышать свежим воздухом, — согласился император, выходя из царства Дарии. И я мысленно согласилась с Бенедиктом, так как сама уже чувствовала, что на кухне слишком жарко.
Невесты с облегчением поспешили прочь из душного помещения, чуть ли не натыкаясь друг на друга.
Жители приюта разбили большой сад, точнее он делился на оранжерею и огород, где они выращивали фрукты и овощи для себя. Излишки продавали на рынке, а цветы отвозили в цветочные магазины. Вырученные деньги уходили в основном на зарплату тем, кто работал в саду.
— Как тут чудесно! — воскликнула леди Данита, вдыхая полной грудью свежий воздух, наполненный ароматами цветов. Остальные невесты тоже стали наперебой хвалить сад, чересчур наигранно восхищаясь его красотой.
На некоторых участках трудились жители приюта, пропалывая грядки. Заметив делегацию, они выпрямили спины и покорно склонили головы перед императором, приветствуя его.
— Соглашусь, сад хорош, — улыбнулся Бенедикт, идя по дорожке к небольшому фонтану с чашей в виде цветка. — Вижу, построили фонтан, как и хотели.
— Да, Ваше Величество. Использовали только средства приюта, — затараторил директор. — Так с ним теперь удобно полив организовывать. Меньше усилий затрачиваем. И люди с удовольствием работают в саду.
Прогулявшись в тени плодовых деревьев, довольный Бенедикт свернул к небольшим домикам-флигелям, где раполагались мастерские. В одном женщины шили одежду для воспитанников детских приютов, в другом мужчины изготавливали обувь, в третьем находилась гончарная мастерская, в четвёртом — столярная.
Я с интересом общалась с жильцами приюта, которые осваивали новую для себя профессию. Некоторые мастера-педагоги жили здесь на постоянной основе или приходили в качестве наёмных работников, получая зарплату.
В который раз я восхищалась тем, как государство заботилось о своих подданных, попавших в трудную ситуацию. Знаю, подобные приюты появились совсем недавно, лет пять назад, заменив собой ночлежки, где просто предлагали обездоленным бесплатную еду, минимальные медицинские услуги и койку на ночь, не решая тем самым проблемы городской бедноты, а только приучая их к иждивенчеству.
Я бросила украдкой взгляд на Бенедикта. Он беседовал с одним из учеников, который постигал науку деревообработки.
— Ваше Величество, это новая формула столярного клея, — рассказывал императору молодой парень с горящими от восторга глазами, держа в руках баночку с вязкой жидкостью. — Мастер говорит, такого прочного и быстросохнущего клея он ещё не встречал. Я хочу запатентовать рецепт, но боюсь, что мою разработку могут отклонить, объявив о том, что уже подобный клей запатентовали. В итоге моей разработкой будет владеть какой-нибудь владелец мебельной фабрики. Я наслышан о подобных махинациях.
— Вот как, — Бенедикт нахмурил брови, раздумывая. — Знаете что, приходите в бюро в понедельник к одиннадцати часам. Я тоже буду там и лично проверю, как у вас примут образец клея и его формулу. Уверен, патент будет ваш.
— Спасибо, Ваше Величество, — парень кинулся бы в ноги императору, если бы тот его не остановил жестом.
И тут я увидела другую сторону личности Бенедикта. Он не просто император, который властвует, но и заботится о своих подданных, старается им помочь. Уверена, идея построить этот центр принадлежит именно правителю. Вон как он с интересом всё тут разглядывает, слушает тех, кто обращается к нему, — поэтому его и любит народ. Вот только кое-кто из аристократов решил занять место императора.
Я взглянула на невест, которые стояли со скучающими лицами. В их глазах читался только один вопрос: «Когда это всё закончится?» Даже Данита не могла уже спокойно удерживать добродушную улыбку на лице, того гляди скулы сведёт от усердия. Леди Мирабет так вообще умудрилась прикрыть свой чуткий нос платочком. Да, в столярной пахло клеем и древесиной, но запахи не вызывали отторжения.