Он ловил себя на том, что пялится на окно Оливии, хоть и знал, что ее нет дома. Как раз на сегодня запланирован ее визит к принцу. На три часа пополудни. А это значит, она, скорее всего, вышла из дома незадолго до двух часов дня. Резиденция российского посла не очень далеко, но граф и графиня наверняка решили выехать пораньше. Ведь можно попасть в уличный затор, или колесо может сломаться, а то вдруг какой-нибудь бродяжка бросится под колеса… Осторожный человек должен выходить из дому загодя, на случай непредвиденных обстоятельств.
Скорее всего, Оливия застрянет там часа на два, а возможно и на три, никто не умеет так тянуть церемониальную волынку, как русские. Еще полчаса на обратную дорогу и…
Ну сейчас, по крайней мере, она дома, уж это точно. Разве что снова куда-нибудь уехала, но он не заметил, чтобы карета Ридландов отъезжала от дома.
Нет, он не наблюдал специально. Просто шторы были отдернуты. И сидел он как раз так, что видел крохотный кусочек улицы. И, конечно, каждую проезжающую мимо карету.
Он встал и потянулся, поднял руки вверх и покрутил головой. Сегодня он планировал закончить еще одну страницу — часы на каминной полке утверждали, что сейчас только половина девятого — но сперва ему необходимо слегка размяться. Он вышел из-за стола и приблизился к окну.
И увидел ее.
На мгновение они оба замерли с одной и той же мыслью в голове: «
А потом Гарри подумал —
И помахал.
Она улыбнулась. И помахала в ответ. А затем…
От изумления он замер. Она открыла окно.
Он, без сомнения, сделал то же самое.
— Я знаю, вы говорили, что не читали ее, — произнесла она без всяких предисловий, — но, может, хотя бы просмотрели?
— И вам добрый вечер, — ответил он. — Как дела у принца?
Она нетерпеливо замотала головой.
— Книга, сэр Гарри, книга. Вы хоть
— Боюсь, что нет. А что?
Она схватила книгу обеими руками и подняла прямо перед собой, а потом сдвинула в сторону, чтобы видеть Гарри.
— Это просто смешно!
Он согласно кивнул.
— Я так и предполагал.
— Матушку мисс Баттеруорт до смерти заклевали голуби!
Он чуть не закашлялся.
— Вы знаете, на мой взгляд, это делает книгу гораздо занимательнее.
— Голуби, сэр Гарри! Голуби!
Он глянул вверх и улыбнулся ей в ответ. Он чувствовал себя почти как Ромео со своей Джульеттой, правда, без враждующих семей и яда.
Зато с голубями.
— Я бы не отказался послушать этот отрывок, — сообщил он ей. — Звучит интригующе.
Она нахмурилась и откинула назад прядь волос, которую ветер задувал ей в лицо.
— Это случилось до того, как началась книжка. Если нам повезет, мисс Баттеруорт тоже заклюют еще до конца истории.
— Так Вы ее все-таки читаете?
— По кусочку то там, то сям, — призналась она. — Не больше. Начало четвертой главы и… — она посмотрела вниз, быстро пролистала книжку и снова подняла глаза: — страницу сто девяносто третью.
— А вам не приходило в голову начать с начала?
Возникла пауза. Довольно длинная. А потом, печальное:
— Я вообще не планировала ее читать.
— Просто она увлекла вас, да?
— Нет! Все совсем не так! — Оливия скрестила на груди руки и выронила книгу. На мгновение девушка исчезла из виду, потом снова появилась с «Мисс Баттеруорт» в руках. — Она меня так раздражает, что я просто не могу остановиться.
Он облокотился на подоконник и подмингнул
— Звучит захватывающе.
— Белиберда это, и больше ничего. Если выбирать между мисс Баттеруорт и безумным бароном, я болею за барона.
— Да ладно вам. Это же книжка про любовь. Вы без сомнения должны принять сторону героини.
— Она кретинка. — Она снова на мгновение опустила глаза в книгу, с изумительной скоростью перелистывая страницы. — Я вам точно говорю, если барон не только безумный, а еще и кровожадный, то я очень надеюсь на его успех.
— Этого никогда не случится, — ответил Гарри.
— Почему вы так думаете? — Она снова провела рукой по волосам, пытаясь убрать их с лица. Ветер задувал их обратно, и Гарри эта борьба завораживала.
— Ведь автор — женщина, правда? — спросил он.
Оливия кивнула.
— Сара Горли. Никогда о такой не слышала.
— И это, по идее, любовная история?
Она снова кивнула.
Он покачал головой.
— Она ни за что не убьет героиню.
Оливия посмотрела на него долгим взглядом и тут же полезла в конец книжки.
— Не делайте этого, — упрекнул он. — Вы все испортите.
— Я не собираюсь ее читать, — ответила она. — Что я могу испортить?
— Просто поверьте мне, — убеждал он. — Когда любовный роман пишет мужчина, героиня умирает. Когда автор — женщина, все заканчивается гладко и сладко.
Губы ее слегка приоткрылись, будто она сомневалась, стоит ли обижаться на подобное обобщение. Гарри едва подавил улыбку. Он получал огромное удовольствие, сбивая ее с толку.
— Что же это за любовный роман, если героиня умирает? — подозрительно спросила она.
Он пожал плечами.
— Я и не говорю, что это логично. Но так и есть.
