- Да совсем не то! - с досадой сказал Слайтс. - Но не очень доверяй глазам, глядящим в прошлое… Надо бы пощупать механика. Но осторожно…
- Вот и я думаю… - радостно воскликнул Эрнест. - Если бы ты помог, Билл.
- Не могу… Дела… - возразил Слайтс. - Вечером уезжаю…
Старый Чьюз встретил Билла Слайтса тоже радостно. Он любил его еще мальчиком за живой ум, честность, смелость… Печальный конец юридической карьеры Слайтса, которой он пожертвовал, чтобы сохранить свою честность, еще больше возвысил Слайтса в глазах Чьюза.
- Вот и хорошо, Билл, - шутливо сказал старик, - поможете доморощенным Шерлокам Холмсам.
Эрнест рассказал отцу, как он разыскал Грехэма в жалкой пекарне.
- Что же ты узнал у него? - спросил Чьюз сына.
- Больше, чем ты у Уайтхэча. Оказывается, Реминдол передал Ундричу самостоятельную лабораторию и устроил так, что секрет изобретения Ундрича остался неизвестен ни Уайтхэчу, ни Грехэму. Из-за этого Уайтхэч хотел даже оставить работу… Я счел возможным, отец, сказать Грехэму, что имею основание расценивать изобретение Ундрича попросту как аферу. Он, кажется, не очень удивился и согласился в случае необходимости подтвердить письменно то, что сообщил устно… Кроме того, я побывал у Рэдчелла. Ты понимаешь, отец, он как депутат и редактор газеты «Рабочий» располагает ценными сведениями. Сообщил мне, что генерал Реминдол умудрился выхлопотать миллионные субсидии «Корпорации Лучистой Энергии». Не правда ли, любопытная картина: министр Реминдол отпускает субсидии предпринимателю Реминдолу? Я рассказал Рэдчеллу об Ундриче - Рэдчелл убежден, что Ундрич - аферист. А Рэдчелл достаточно опытен, чтобы разобраться в этих делах.
- Очень хорошо, Эрни! Ты же понимаешь, что мы должны выступить во всеоружии. Ошибки быть не должно… Не правда ли, Билл?
- Знаете, господа, что мне пришло в голову? - вдруг сказал Слайтс. - Можно сначала пустить пробный шар.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Эрнест.
- Да вот этот Медианский процесс. Если лучи Ундрича, по-вашему, авантюра, значит, нет никаких похищенных секретных чертежей. Ведь что по-настоящему секретно? «Сигара». Как по-вашему, может она изготовляться на прожекторном заводе?
- Конечно, нет, - сказал старый Чьюз. - Это не по специальности завода.
- Да Ундрич и не доверил бы своего «секрета», - добавил Эрнест. - А прожектор без «сигары» - какой же это секрет!
- Что же вы предлагаете, Билл? - спросил старик.
- Потребуйте своего вызова на суд в качестве свидетеля.
- А что в этом толку? - возразил Чьюз. - Ведь я не смогу доказать, что была положена вторая «сигара»?
- Но вы уверены, что она была положена?
- Уверен. Точнее, почти уверен…
- Отлично. Те, кто знает, кем, когда и как положены «сигары», конечно, сочтут, что это знаете и вы.
- Да что с того? - не понимал старик. - Сказать-то я все равно не смогу.
- А вам и не дадут сказать, - усмехнулся Слайтс. - Уж поверьте, судебные нравы я знаю. Как только эти господа почуют опасность, они вас на суд не допустят. Будьте спокойны, найдут предлог и причину - в юридическом крючкотворстве у нас есть гении! Вот у вас и будет объективное свидетельство, что изобретение Ундрича - афера. Тогда и обращайтесь в газеты. Если, конечно, вас согласятся напечатать, - снова усмехнулся Слайтс.
Так, по совету Билла Слайтса, профессор Эдвард Чьюз послал свою нашумевшую телеграмму в Медиану. Пробный шар оказался не слабее артиллерийского снаряда: он врезался в заботливо сооружаемое судьей Сайдахи и прокурором Айтчоком обвинение - и вся громада из пятнадцати тысяч страниц вдруг рухнула. Было от чего заболеть судье Сайдахи!
…если тебе цена такая, что другие дают больше, - и сам хозяин набавит…
Катастрофа на аэродроме произошла в воскресенье, визит Уайтхэчу Чьюз нанес в понедельник, во вторник была послана телеграмма в Медиану, в среду Медианский процесс рассыпался - словом, события развивались довольно быстро. Но Чьюзы - отец и сын - испытывали тревогу: не упускают ли они время своей медлительностью? Это позволит Ундричу подготовиться и предпринять какой-нибудь маневр. Начиная свою аферу, мог же он предвидеть, что раньше или позже она провалится - как подготовился он к этому?
- Аферисты о провале меньше всего думают, - возражал отцу Эрнест. - Во всяком случае, они убеждены, что до провала успеют достаточно погреть руки. А потом можно и скрыться.
- И все-таки неясно, чего, собственно, этот мерзавец хотел добиться? - задумчиво говорил старик.
