Невинный монстр полностью

Солдат толкнул его, и бывший директор Лицея, не удержавшись, рухнул на пол. Ронни ухмыльнулась и, спрятав скрамасакс, сжала в кармане свое сокровище. Старый дедушкин нож отозвался приятной прохладой.

«Пусть первый удар станет последним», – мысленно повторила она.

Мистер Бейли наконец заметил ее. По его белому, как снег, лицу расплылась жалкая улыбка.

– Какая встреча… – залепетал он, попытавшись отползти подальше. – Я так рад, так рад…

Ронни представила, как она выглядит со стороны: вся в крови, на лице огромная уродливая рана, кривая ухмылка. Но не ей жалеть этого предателя, омерзительного ползучего червяка.

Она нависла над ним, как тяжелая свинцовая туча.

Мистер Бейли сглотнул. Он действительно был жалок. В глазах его теплилось хорошо знакомое Ронни чувство – надежда.

Пусть первый удар станет последним.

– Вы многого добились, – нервно звенящим голосом сказал он, – вы такая молодец, такая…

В ту же секунду он захрипел. Острое лезвие дедушкиного ножа как по маслу вошло прямо в сердце и расплавилось. Ронни отдернула руку. Жизнь за мгновение покинула тело мистера Бейли. Остекленевшие голубые глаза потухли.

Ронни ощутила облегчение. Такое, которого еще никогда не испытывала.

Она выпрямилась и выдохнула. Все стало легко.

– ПРЕКРАТИТЬ.

Громкий голос обрушился на всех водопадом, заставив тотчас же остановить битву. Звон стих. Кто-то непрерывно стонал, и эти стоны сливались в одну жалобную мелодию. Ронни застыла на месте.

Что происходит?

В центре зала словно бы из ниоткуда появилось несколько старцев в длинных мантиях. Один из них хрипло произнес:

– Синклит принял решение остановить кровопролитие. Господин Уильям Кроссман, господин Эрхард Вернер, господин Хирам, – он кивнул заметно удивившемуся демону, – мы приглашаем вас для обсуждения некоторых… волнующих обе стороны вопросов.

Ронни почувствовала, как у нее снова начинает звенеть в ушах. Это все в который раз напомнило ей глупую шутку. Совершенно идиотскую.

Убить множество невинных, чтобы после этого позвать на переговоры?!.. Если у Уильяма есть хоть капля чести, он не согласится на это.

Но он согласился.

Прихрамывая, наставник проследовал вслед за советниками Синклита. Помедлив, за ним двинулись Эрхард и Хирам. Глядя им вслед, Ронни почувствовала, как сильно она устала. Она опустилась прямо на пол и опустила веки.

Пора отдохнуть. Самое главное она уже сделала.

Очнувшись, она моментально вскочила на ноги. Солдаты Синклита и знакомые Истребители, объединившись, выносили тела погибших. Повсюду царила неприятная звонка тишина.

– Мы уходим, – объявил Валентин. Волосы его были полностью испачканы в крови. – Синклит вынес решение. Битва продолжаться не будет.

Ронни помотала головой. Я ничего не понимаю. Но, наверное, это к лучшему.

Они ушли. Зал опустел. Ронни поняла, что ей срочно нужно найти Уильяма.

– Ронни! – тихо позвал ее кто-то.

Она остановилась. Тобиас, смущаясь, подошел к ней. Не говоря ни слова, они обнялись.

– Я должен сказать тебе… – начал он, но тут же замолчал.

Ронни приподняла брови, ожидая признания.

– Я ухожу, – просто сказал Тобиас.

– Куда? – не поняла она.

Он мотнул головой, словно ему было сложно разговаривать.

– Я отдаю свою душу в Хранилище. Я больше не могу здесь находиться.

Ронни застыла. И, не удержавшись, провела ладонью по его щеке. Тобиас грустно улыбнулся. Она хотела спросить, как же ей быть дальше, но зачем спрашивать, если это ничего не изменит?..

Они снова обнялись, и Тоби, не говоря больше ни слова, с широко расправленной спиной пошел вслед за отрядом Синклита и вскоре скрылся за колоннами. Ронни шмыгнула носом и направилась на поиски наставников. Они оказались не так далеко, в восточной части зала.

Трубы давно затихли, но разрушенные стены продолжали гудеть. Ронни переступила через одну из разбитых статуй и робко подошла к Уильяму, который старательно искал что-то среди каменных осколков.

Стоявший рядом Эрхард молча наблюдал за каждым его движением. Руки обоих были в крови и мелкой белой пыли.

Она тихо кашлянула.

– Я… Я не хотела… – начала она, моментально запнувшись. – Простите, если… Если получится.

Уилл отмахнулся. Он явно был занят.

Ронни растерянно замолчала.

– Не волнуйся, – сказал Эрхард. – Он молчит, когда не злится.

Она понимающе кивнула.

– Что теперь? – через некоторое время неуверенно спросила Ронни.

– Ничего, – сказал Уилл, прищурившись. Его прежде идеальные черные брюки были безнадежно испорчены. – Нам пришлось заключить новый договор с Эмпиреем. Лицей не подлежит восстановлению. Студентов здесь больше не будет. Придется справляться собственными силами.

– Старики снова в деле, – усмехнулся Эрхард.

Уильям кивнул.

– Но это ерунда какая-то, – сказала Ронни. – Так же нельзя.