– Присаживайся. Я чай заварил и принёс из столовой пирожные. Составишь компанию?
Я подходила к нему медленно, будто передо мной был хищный зверь, а не человек. В стоящее напротив кресло опустилась, не издав ни звука, и только теперь решилась посмотреть в лицо Анхельма.
Он сосредоточенно изучал документы. Его взгляд быстро бегал по строчкам, губы были плотно сжаты. Весь его вид выражал собранность и готовность незамедлительно разобраться с любыми сложностями. И, несмотря на внешнюю молодость, сейчас передо мной сидел очень серьёзный мужчина.
Что самое поразительное, образ этого человека легко складывался с образом Артиула. А с образом того Анхельма из прошлого не склеивался никак. Будто тот гад, что использовал меня в своих целях, и этот собранный молодой политик – это два совершенно разных мужчины, пусть и похожие внешне.
Наверное, не стоило его отвлекать и уж тем более делиться своими странными соображениями, но я, кажется, уже привыкла говорить с ним открыто, и даже смена его внешности не смогла этого изменить.
– Я не могу поверить, что ты и есть тот Анхельм из замка Айнс. Ты сейчас совсем другой.
Он сложил документы аккуратной стопочкой, сунул в картонную папку и только потом поднял на меня взгляд. Признаться, я непроизвольно вздрогнула, но в этот раз хотя бы не потеряла способность двигаться.
– Полагаю, – начал он спокойным холодным тоном, – что и ты сейчас сильно отличаешься от той Эбелин, которой была при нашей первой встрече. Тут дело даже не в том, что люди меняются. Просто очень многое зависит от обстоятельств. Тогда меня загнали в угол. А что делает зверь, которому нечего терять, кроме собственной жизни? Он борется до конца, используя любую лазейку, чтобы спасти свою шкуру. Вот и я пошёл на самые крайние меры, задушил в себе и совесть, и жалость, и любые эмоции, кроме чувства долга перед страной и теми людьми, что продолжали в меня верить.
Он сделал паузу, давая мне время осмыслить услышанное, а когда продолжил, его голос звучал уже чуть мягче и теплее:
– Сейчас обстоятельства изменились. И мы с тобой больше не по разные стороны баррикад. Более того, Элин, ты согласилась стать моей женой. Да, тогда ты не знала, кто я. И теперь, вероятнее всего, взяла бы свои слова назад. Но у меня нет возможности отпустить тебя. От этого зависит мир и спокойствие в моей стране. А благополучие Вергонии для меня всегда будет стоять на первом месте.
– Понимаю, – ответила я, медленно кивнув.
– Война закончилась, но моя жизнь до сих пор напоминает бег по заколдованному болоту, полному монстров, – с лёгкой усмешкой признался Анхельм. – Среди высшей аристократии очень много тех, кто страстно желает убрать меня подальше от власти или даже убить. Доверять я могу единицам и хочу, чтобы ты была в их числе. Поэтому предлагаю тебе обменяться клятвами.
– Свадебными? – спросила я с лёгкой улыбкой.
– Почти, – он тоже улыбнулся, и его лицо преобразилось, даже глаза чуть засияли. Правда, в следующее мгновение он снова стал предельно серьёзным. – Я хочу, чтобы мы поклялись не вредить друг другу, беречь и защищать друг друга. Думаю, это выгодно и тебе, и мне.
– Хорошо, – согласилась я, чуть подумав. – Несмотря ни на что, я не собиралась тебе мстить.
– А как же твоя ненависть? – его губы изогнулись в кислой ухмылке. – Ты имеешь на неё полное право, как и на месть.
Я смотрела в его чистые голубые глаза и пыталась понять, что же сейчас чувствую. Да, почти год я винила именно его во всех своих бедах. Но так уж сложилось, что именно он вытащил меня из того кошмара, в который я попала по его вине. И сейчас на весах, где лежали моя благодарность и моя ненависть, первая заметно перевешивала. Наверное, всё дело в том, что именно Анхельм показал, что на руинах моей жизни ещё можно выстроить будущее, пусть и довольно туманное, но уже не беспросветно-мрачное. А прошлое уже в любом случае не вернуть и не переиграть.
И всё же кое-что я ещё хотела изменить.
– Освободи из рабства моего отца. Пусть его дело тоже пересмотрят, тем более, что оно у нас общее. Когда он будет свободен, моя ненависть к тебе потеряет подпитку.
– Завтра же решу этот вопрос, – ответил он, глядя мне в глаза.
А с моей души будто упал огромный камень.
– Давай произнесём клятву, – сказала я уверенней. – Мне она нужна не меньше, чем тебе.
Он понимающе усмехнулся. Понял прекрасно, что я не забыла слова принца Гервина, о том, что Анхельм от меня избавится, когда я перестану быть ему нужна. Мне тоже хотелось гарантий безопасности хотя бы от него.
– Повторяй за мной, – сказал король Вергонии. – Я, Анхельм Вергонский, клянусь тебе, Эбелин Лиссер…
– Я, Эбелин Лиссер, клянусь тебе, Анхельм Вергонский….
Услышав своё имя из моих уст, он улыбнулся. Вспомнил, что совсем недавно я так и не смогла произнести его вслух. А теперь справилась.
– …беречь твою жизнь, не причинять тебе умышленного вреда и заботиться о тебе.
