Невольница. Книга 1 полностью

— Я не очень уверена, — мягко, почти робко возразила я. — Эшер не планировал выходить из дома. И я заметила, как изменилось лицо Уильяма, когда он увидел, что за ним рванулась машина.

— Ты видела Уильяма? — спросил Рик, вскинув брови.

— Мы все его видели… Ну, мы с Эллой, — опередил меня Бен.

Рик молча смотрел на меня. Минут пять я ощущала на себе его взгляд, как тяжелый давящий груз. Но не стала спрашивать, что он хочет высмотреть на моем лице.

Киара попыталась дозвониться до Эшера, но тот не отвечал. Как и следовало ожидать.

— Он надел свои часы? — спросил Рик, переключив внимание на Бена.

— Нет, — ответил тот, — на нем их не было, когда мы выходили.

Рик выругался и потер виски, задумавшись.

— Единственное, что нам остается, — это ждать его возвращения, — вздохнула Киара, оседая на зеленом диване.

Мужчины сердито посмотрели на нее, хотя она была права.

— Но не можем же мы сидеть сложа руки! Да пошло оно все в жопу, Киара, представь только…

— Она права, Бен, — поддержал ее Рик. — Даже если бы мы хотели что-то сделать, это бы не помогло. Если до завтра не будет новостей, начнем поиски.

Бену нечего было возразить, как бы ему ни претила эта мысль. В отсутствие Эшера решения принимал Рик. Он рухнул на диван, досадливо вздохнув.

— Он вернется, — пробормотала Киара, кладя руку на плечо друга. — Он всегда возвращается.

Я уставилась в стену. Сознание не могло смириться с отсутствием психопата. О чем он думал, когда бросился преследовать Уильяма? Он был непредсказуем и вспыльчив. Эшер походил на канистру с горючим, готовую воспламениться от любой искры, а Уильям и был той искрой. Заметив его, Эшер вспыхнул. И пропал вместе с машиной.

— Киара, тебе сегодня еще придется поработать, — заявил Рик после долгого молчания.

Та возвела глаза к небу и кивнула. Бен сказал, что отвезет меня к Эшеру, заодно надеясь обнаружить его дома.

— Если появятся новости, звоните нам.

Всю дорогу мы упорно молчали. И по простой причине: в наших головах выла тревога. В глубине души я надеялась, что Эшер дома, смотрит в панорамное окно с сигаретой в зубах и стаканом виски в руке.

Я попыталась позвонить ему, но впустую.

— Ни ответа, ни привета, — вздохнула я. — Думаешь, с ним что-то случилось?

Бен мотнул головой:

— Я беспокоюсь, только когда его телефон выключен или он сбрасывает звонок. Эш никогда сам не выключает телефон.

Это успокаивало. Звонки он не сбрасывал, и я надеялась, что этого не случится. Но шли минуты полной неизвестности, и страх охватывал меня все сильнее.

Уильям. Почему он следил за Киарой и мной? Хотел отыскать меня? Я не понимала, чего он от меня хочет, и упустила возможность спросить, когда могла. Спасибо, Эшер, что сжег его визитку.

— Я сегодня буду спать у тебя. Возможно, Уильям придумал еще какую-нибудь диверсию, чтобы посторонние проникли в дом, — решительно заявил Бен. — Тебе опасно оставаться одной.

Я только кивнула. В качестве защитника Бен вполне стоил своего кузена, и я была рада узнать, что он печется о моей безопасности, хотя мне всегда казалось, что в его глазах я не представляю особой ценности. С ними я чувствовала себя под защитой. Киара, Бен, Элли и Эшер с каждым новым испытанием доказывали мне, что я не просто невольница, а член их группы. Член их семьи.

— Спасибо, — выдавила я, чувствуя, как перехватило горло.

Он повернулся ко мне и нахмурился:

— За что?

— За то… что думаешь о моей безопасности, несмотря на все это…

Мне казалось достойным восхищения, что эти двое беспокоятся о других, хотя сами находятся в куда большей опасности.

— Ни один Скотт не бросит свою семью, а ты теперь ее часть, — сказал Бен и улыбнулся. Я улыбнулась в ответ. Никогда еще я не чувствовала, что меня так любят.

Показалось жилище психопата. Мы от всего сердца надеялись, что он бродит по коридорам своего ледяного дома. Но свет не горел, и наши надежды испарились. Эшера не было.

— Я посплю в комнате Эшера. Можешь быть спокойна, я слежу за всем, — ободрил меня Бен.

Я улыбнулась.

— Не думаю, что засну, — тихо призналась я.

Я недавно заметила, что когда мне тревожно или страшно, снятся кошмары. А их уже давно не было, последний случился в Лондоне.

С Лисом.

Тогда я побоялась делить постель с мужчиной. С Эшером. Лис возвращался, едва кто-то из тех мужчин причинял мне новые страдания — мужчин, которые сами становились частью новых кошмаров. Лис первым оставил на мне отметины, он был источником моего страха перед мужчинами. А вот Эшер действовал на меня как лекарство. Лекарство, на которое я боялась подсесть.

У всех лекарств есть побочные эффекты, и я опасалась этих эффектов от него.

— Надеюсь, он вернется целым и невредимым, потому что Коул нас покусает, — засмеялся Бен, бросив взгляд на мой гипс. — Кстати, думаю, он собирается снять с тебя эту штуку.

Он был прав. Через неделю я сменю гипс на бандаж. Мне уже не терпелось.

Я поднялась к себе и с большим трудом, как и все последние дни, переоделась.

— Ну, Тат, будем ждать твоего лучшего друга, — насмешливо сказала я псу.