– У меня в этом городе уже сложилась хорошая репутация. Я не хочу уезжать! – на этот раз повысил голос Тео. – Мы делаем все, чтобы слухи исчезли. Я уверен, что скоро все об этом забудут. И потом, ты сама мне сказала, что никто из врачей тебя никогда не осматривал. Значит, они не знают.
– Ты знаешь, – сказала Кора.
– Но я-то ведь никому не скажу!
– Ты уже рассказал! Помнишь, на прошлой неделе, когда напился? Тогда ты еще не знал, что я и есть та самая девушка. Разболтал обо всем Джейкобу. И из-за этих дункановских списков меня уже чуть не убили!
Тео встал.
– Я же перед тобой извинился. Чего еще ты от меня хочешь? Я уже несколько раз пообещал тебе, что буду делать все возможное, чтобы развеять эти слухи, но ты постоянно меня в чем-то упрекаешь! – Он направился к выходу. – Удивительно слышать эти упреки от человека, который всем врет и притворяется кем-то еще. – Он надел сюртук и повернулся к Александру. – Благодарю за завтрак. Я опаздываю на лекции. До свидания.
Ни Кора, ни Александр не стали его провожать. Они слышали, как в прихожей хлопнула дверь, и не прошло и минуты, как через черный ход вошла Лия с корзиной яблок, пакетиком муки и еще не ощипанной курицей с отрубленной головой, которую она держала за лапы.
– Кто это сейчас от нас вышел? – взвинченно спросила она прямо с порога. – Уж не Флинт ли?
Александр кивнул, а Кора закрыла лицо руками. Ей уже хотелось, чтобы этот день поскорее закончился. Но Лия вошла в раж и не думала останавливаться. Она принялась ругать Кору за то, что та осмелилась привести домой мужчину. Если кто-нибудь из соседей доложит об этом хозяину дома, он может запросто выгнать их из квартиры за нарушение морали. Действительно, Кора об этом как-то и не подумала. Лия обвиняла ее в распущенности и безрассудстве, кричала, что нужно было сначала посоветоваться с ней, на что Кора закатила глаза к потолку. Высказав Коре все, что она о ней думает, Лия взялась за Александра.
– Вы тоже хороши! Называете себя ее дядей, а сами вечно где-то пропадаете. Когда вы последний раз были в этом доме? Как дядя вы должны были повлиять на нее, чтобы не допустить такого поведения. Меня она не слушает, так, может, хоть вас…
– Ты мне не мать, – ответила Кора, вставая из-за стола.
– Это правда, я не мать. Мать твоя связалась с каким-то китайцем без роду без племени. Это ж надо – моряк! Не надо было ноги раздвигать перед кем ни попадя! Теперь вот и ты пошла по ее следам. У вас в семье бабы всегда умели находить себе проблемы!
– Ты же сама гонишь меня за него замуж!
– Вот когда выйдешь, тогда и спи с ним! – крикнула Лия, замахнувшись на нее курицей.
– Как бы то ни было, Лия, – сказал Александр, – перестань разбавлять ей чай. Не думал, что ты опустишься до такого. Кора не хочет ребенка.
Лия залилась краской.
– Пускай тогда сама сходит за ним в аптеку, если мне не доверяет.
– Что ж, пожалуй, мое присутствие вам здесь больше ни к чему, – проговорил Александр, допивая кофе. – Пойду к себе в студию.
Кора остановила его у двери.
– Подожди. Лия права, мы стали редко видеться в последнее время. Я переживала, что ты насовсем переедешь в Филадельфию, а мы так и не узнаем.
– Честно признаться, я думал об этом. Мне не нравится работать на Дункана. Он вызывает у меня отвращение. Но мне нужно сначала завершить незаконченные проекты. – Он вздохнул и похлопал Кору по плечу. – Не волнуйся, я тебя одну не оставлю. Если вы с Лией решите поехать в Филадельфию, Бостон или в Англию, я поеду с вами. – Александр наклонился и поцеловал ее в лоб. – Помни, что не всем нужно доверять. Каттеры о тебе и слышать не желают, а Теодор Флинт сбежал, как только разговор о браке принял неудобный для него оборот. Иногда родственные связи ничего не значат.
Он ушел, а Коре пришлось терпеть ворчание Лии еще добрых четверть часа. К счастью, потом ей принесли почту, и она воспользовалась этим, чтобы улизнуть в свою комнату. Лия осталась на кухне разделывать курицу, вымещая свою злобу на ней.
Первое письмо было от Дункана. Он был в бешенстве. Заметив, что ночью ему так и не привезли обещанного тела, он чувствовал себя обманутым. Он требовал от Коры объяснений и настаивал на личной встрече.
Автором второго письма оказался доктор Хенриксон – Кора уже долгое время не получала от него вестей. Среди его пациентов было два человека, которые представляли для нее интерес. К сожалению, доктор Хенриксон злоупотреблял алкоголем, он частенько попивал джин в промежутках между визитами пациентов в своем доме на Франклин-стрит. Но они были им довольны и, как правило, приносили ему бутылки с вином или ромом вместо денежного вознаграждения.
