— Она у Мишо уже, Богъ всть, сколько времени, бдная малютка! Я начинала безпокоиться, видя, что она не возвращается, когда маленькій Луи пришелъ сообщить, что его бабушка внезапно скончалась, и Сюзанна не захотла ихъ покинуть, его сестеръ и его, до возвращенія дда, который неизвстно гд находится. Лошадей уже запрягаютъ, и я надюсь, что Сюзи не уйдетъ раньше прізда кареты.
— Какая храбрая маленькая филантропка! — воскликнулъ г-нъ Фовель, любившій почти отечески свою будущую невстку.
Треморъ слъ съ недовольнымъ видомъ.
— Я нахожу даже, что она черезчуръ далеко простираетъ свою филантропію и особенно самостоятельность, — пробормоталъ онъ. — Какъ разъ подходящій часъ и время для молодой двушки быть вн дома!
Колетта сдлала жестъ полнаго безсилія, и Мишель принялся разговаривать о безразличныхъ предметахъ съ Робертомъ; однако, когда пришли сказать, что карета готова, онъ поднялся.
— Я поду за ней, — заявилъ онъ.
Старуха Мишо спала своимъ послднимъ сномъ на постели, гд въ продолженіе долгихъ лтъ она чахла, неподвижная, какъ брошенная, негодная къ употребленію вещь. Свтъ двухъ восковыхъ свчей заставлялъ трепетать линію ея худого и какъ бы помолодвшаго профиля, выдлявшагося на блой подушк, усянной цвточками. Подл изголовья молились на колняхъ старикъ Мишо и Марсьенна, сдая голова подл каштановой головки, согнувшееся тло, изнуренное нищетой, подл тла слишкомъ слабаго и слишкомъ нжнаго для борьбы.
Въ едва прозрачной тни, освщаемой моментами колебаніемъ восковыхъ свчей, поперемнно то вырисовывались, то исчезали неясныя формы. Сюзанна сидла подл закрытаго окна, и казалось, жизнь отсутствовала въ ея взорахъ, устремленныхъ на маленькіе траурные огоньки. Она была очень блдна усталой блдностью, придававшей худобу ея лицу. Подавляющая тишина тяготла на предметахъ, съ которыми, казалось, случилось нчто странное, какъ будто ихъ неподвижность зависла въ этотъ день отъ какой-то таинственной причины, и по временамъ чудилось, что дыханіе приподнимало блую простыню, гд угадывалась, неясно очерченная и уже ссохшаяся, не дышавшая боле грудь.
Мишель остановился подл постели съ непокрытой головой, съ опущеннымъ лицомъ, съ безмолвными губами и съ выраженіемъ серьезнаго волненія на лиц, съ тмъ почтеніемъ, которое составляетъ какъ бы молитвенное поклоненіе смерти. Затмъ онъ подошелъ къ Сюзанн.
— Я вамъ благодарна, что вы пришли, — сказала она вполголоса, немного отрывисто. — Маленькая двочка спитъ, подруга Марсьенны придетъ на эту ночь, я могу уйти…
Услышавъ шепотъ разговора, старикъ Мишо и Марсьенна поднялись, оба плакали. Мишель протянулъ имъ руку безъ лишнихъ словъ, но однако очень сочувственно. Маленькому Луи онъ ршилъ оказать помощь, о которой онъ не хотлъ здсь вызывать мысль, ту помощь, которую слдуетъ давать бднякамъ, затмъ, чтобы они могли спокойно плакать въ горестные, трудные для нихъ часы.
Теперь Мишель думалъ о Сюзанн, только о Сюзанне, испуганный ея блдностью, возбужденіемъ ея сухихъ и слишкомъ блестящихъ глазъ. Быстро закутавъ ее въ плащъ, безмолвную, пассивную, не пытавшуюся помогать ему какимъ нибудь движеніемъ, онъ вырвалъ ее отъ благодарившихъ Мишо и увлекъ за собой изъ дома.
По прежнему безмолвная, миссъ Севернъ прижалась въ уголъ кареты; лошади ринулись впередъ.
— Какой грустный день! Колетта очень о васъ безпокоится…
Треморъ произнесъ эти слова машинально и безъ всякаго порицанія. Съ жестомъ чрезмрной усталости, Сюзанна не дала ему продолжать.
— Я сдлала все, что могла, чтобы никого не безпокоить… Я послала маленькаго Луи, какъ только стало возможно… Я не могла же оставить этихъ трехъ дтей однихъ съ ихъ умиравшей, затмъ умершей бабушкой… Я сдлала, что могла…
— Но, мое дорогое дитя, — воскликнулъ Мишель, — я васъ ни въ чемъ не упрекаю… мн только кажется, что вы черезчуръ много надетесь на свои силы.
Она глубоко вздохнула, затмъ низкимъ и прерывающимся голосомъ, какъ только что, она принялась разсказывать, что, придя посл полудня къ Мишо, она застала бдную женщину, заболвшую съ утра, въ агоніи, между тмъ какъ дти, окружавшія ее, не представляли себ, что это была уже смерть. Она, Сюзанна, поняла это тотчасъ же. Маленькій Луи побжалъ за деревенскимъ врачемъ, за старикомъ Мишо и за священникомъ, но все произошло такъ быстро, ужасно! До возвращенія старика Мишо, нсколько минутъ спустя посл прихода доктора и священника, все было кончено. Вначал Марсьенна отказывалась врить правд; она цловала свою бабушку, звала ее, она…
Бдная двушка прервала свой разсказъ:
— О! Мишель, — прошептала она, — если бы вы знали! Мн казалось, что я теряла бабушку и дядю Джона во второй разъ, что… Я себя почувствовала одинокой, такой одинокой, я…
Глубокое рыданіе безъ слезъ потрясло ее всю, она быстро повернулась и спрятала свое лицо въ мягкую подушку кареты.
— Сюзи, моя бдная крошка…
