— Очень просто. Пенелопа — ее звали Пенелопой — и я, мы поняли, что нашимъ характерамъ не хватало гармоніи… тогда мы трогательно распрощались, и она вернулась на свой островъ… Только Жакъ провдалъ объ этой, увы! довольно свжей, исторіи. Онъ меня назвалъ Донъ-Жуаномъ, Ловеласомъ и т. д… и когда мсяцъ тому назадъ, я ему признался въ своей любви къ его невстк…
— Онъ веллъ вамъ убираться прочь?
— „Каинъ, что ты сдлалъ со своей англичанкой?… Никогда, никогда, слышишь ли, не отдамъ я теб этого ребенка, пока не увижу тебя за серьезнымъ занятіемъ… а если ты осмлишься ей сказать только одно слово о твоихъ чувствахъ, я тебя больше на порогъ къ себ не пущу…“ Разв я, однако, не достаточно несчастливъ, миссъ Сюзи? — сказалъ молодой человкъ, внезапно мняя тонъ.
Миссъ Сюзи посмотрла на него съ истиннымъ состраданіемъ, смшаннымъ съ тмъ интересомъ, которое пробуждаетъ даже въ наимене романтической женщин самая банальная любовная исторія.
— Вы мн поможете? — спросилъ Поль, — вы вступитесь за меня?
— Отъ всего сердца, если я смогу и если вы будете вести себя хорошо.
— Примрно, вы увидите; я имю шальной видъ и говорю глупости, это привычка; но я искрененъ, увряю васъ. Эта маленькая Симона меня преобразила. Ахъ! если бы я могъ весь день думать, что ея улыбка ждетъ меня дома, я вамъ клянусь, что я былъ бы способенъ серьезно трудиться, кто знаетъ, можетъ быть достигнуть извстной цли. У меня не было бы другого стремленія, другого желанія, другой мечты на свт: она! всегда она!… Но мн не врятъ.
Сюзанна слушала, невольно смущенная; у нея оставались еще слды прежняго раздраженія.
— Ршительно, эти влюбленные несносны! — подумала она.
Однако, ей было жаль этого бднаго Поля и конечно ей бы хотлось помочь ему, насколько это было въ ея власти.
Подъзжали къ перекрестку. Онъ сошелъ,
— Вы моя добрая фея, миссъ Сюзи. Благодаря вамъ, г-жа де Лоржъ будетъ боле снисходительна. До скораго свиданія… Ахъ! еще послдняя просьба! Вы не откроете, не правда ли, моего секрета Мишелю?
— Почему?
— О! потому что я его знаю, Мишеля. Онъ будетъ непремнно на сторон Жака. „Работай, мой милый или утшься. Отъ любви не умираютъ, поврь мн…“
И молодой человкъ добавилъ, обвивая Сюзи взглядомъ такого наивнаго восхищенія, что не было возможности на него сердиться.
— Ему легко говорить, Мишелю!
— Какой онъ втреный и сумасшедшій, этотъ Поль, но какой онъ забавный! — думала Сюзи, пуская опять своихъ пони. — Я убждена, что онъ очень любитъ Симону… А она… покраснла, когда я ее спросила, думаетъ ли она изрдка о своемъ будущемъ муж?… Вотъ еще двое, которые любятъ другъ друга, поженятся и будутъ счастливы, какъ Жакъ и Тереза!…
Лошади остановились сами собой.
Сюзанна знала, что Мишель долженъ былъ вернуться наканун съ вечернимъ поздомъ; однако она была немного поражена, видя, что онъ ждалъ у подъзда Кастельфлора, къ тому же съ довольно суровымъ лицомъ.
— Здравствуйте, — сказала она, посл минутнаго удивленія, беря руку, которую ей подавалъ Треморъ, чтобы помочь спуститься, и такъ весело, что онъ не осмлился тотчасъ же дать волю своему дурному настроенію.
Въ гостиной, куда онъ послдовалъ за миссъ Севернъ, онъ вознаградилъ себя за эту сдержанность.
— Когда откажетесь вы отъ этой привычки выходить одной, которая мн ненавистна?
— Ну, а мн дорога! — возразила она съ большимъ спокойствіемъ, снимая передъ зеркаломъ свою хорошенькую блую шляпку.
— И вы къ тому же запоздали, Колетта безпокоилась.
Сюзи повернулась, еще растрепанная, со своей шляпой въ рук.
— А вы?
— Я также, конечно. Я здсь уже три четверти часа.
Молодая двушка не отвтила и прошла въ столовую, гд г-нъ Фовель, Колетта и дти сли ужъ за столъ.
— Прошу извиненiя, — сказала она, идя на свое мсто.
— Это мы должны передъ вами извиниться, — воскликнулъ г-нъ Фовель; Низетта стонала отъ голода. Вы опоздали всего на 10 минутъ. Теперь безъ двадцати часъ.
— Что тебя такъ задержало, милочка? — спросила Колетта, между тмъ какъ Мишель принялся молча и нехотя за ду.
Сюзанна смялась.
— Сначала я немного увлеклась и забыла время, нужно въ этомъ сознаться. А затмъ, это цлое приключеніе. Я подобрала на дорог Поля Рео и отвезла его къ г-ж де Лоржъ… Онъ тамъ завтракалъ.
Мишель рзко положилъ свою вилку.
— Вы посадили Поля Рео въ вашъ экипажъ?
— Конечно, въ мой экипажъ.
— Ахъ! Вы находите естественнымъ, чтобы молодая двушка разъзжала въ сопровожденіи молодого человка.
Плохо сдерживаемый гнвъ дрожалъ въ его голос.
— Въ Америк это постоянно длается, и репутація молодой двушки тамъ вещь настолько серьезная и священная, что не зависитъ отъ боле или мене точнаго соблюденія идіотскихъ условностей! — отвтила Сюзанна тмъ же тономъ.
— Мы не въ Америк.
— Послушайте, успокойтесь же! — сказалъ г-нъ Фовель, который, однако, не могъ удержаться отъ смха.
— Говорить спокойно, — воскликнула Сюзи, — когда онъ…
— Не сердитесь, моя дорогая кузиночка, — продолжалъ адвокатъ. — Въ теоріи вы правы, но на практик Мишель тоже не неправъ… Если вы поразмыслите немножко, вы согласитесь со мной.
Сюзи успокоилась, и Мишель смотрлъ въ сторону окна съ видомъ жертвы.
