Присутствие цветка немного отвлекает от поганого состояния и таких же мыслей. Нет, о том, что узнал, забыть не смогу. Но готов попытаться наложить на эти воспоминания пласт толщиной из сотни наших улыбок, где не будет места пережитому Алёной кошмару. Эмоции по итогу улягутся и затихнут, на смену им придут другие. Чем кормить злого и ненасытного зверя, который мечтает о расправе с обидчиками Алёны, лучше переключиться на более приземленные вещи.
– Я сейчас схожу в душ, потом выдашь мне еще этих чудо таблеток, мы немного полежим и я провожу тебя. Хорошо?
– Всё-таки решил ехать сегодня? – мрачно произносит цветок.
– Дел много, Алёна. Нужно быть в городе. На меня возложили кучу обязанностей.
– Ещё что-нибудь съешь?
Цветок поднимает руку и гладит меня по голове, массирует виски. Мне приятно. Хочется попросить ее, чтобы не останавливалась. Но для начала нужно принять душ.
– Спасибо. Нет.
Целую Алёну еще раз и иду в ванную. Меня до сих пор штормит, но это уже остаточные явления, через пару дней должен окончательно прийти в себя и быть в строю. Жаль, что не в моральном плане.
Приняв тёплый душ, иду в гостиную. Стакан с водой и таблетки уже на журнальном столике. Цветок сидит в кресле и смотрит на меня чуть нахмурившись.
– Все нормально. Я доеду.
– Я ничего не говорила, – наблюдает за мной Алёна.
– Тебе порой и не нужно. Достаточно посмотреть на лицо.
Принимаю горизонтальное положение и зову цветочек к себе.
– Я не трону тебя. Просто полежи со мной немного, – прошу я.
– Если разрешишь озвучить “но”, то лягу, – шантажирует она.
– Оно короткое?
– Буквально два предложения.
– Хорошо. Пару осилю. Мне нужно побыть в тишине.
– Я уже и так это поняла.
Алёна приближается к дивану и ложится рядом. Я прижимаю ее к себе, впечатываюсь в нее своим телом. Цветок такая горячая и опять дрожит.
– Если у нас ничего не получится, я больше не выберусь, – тихо говорит Алёна.
Просто слова, но сколько в них одиночества и боли... Я обнимаю ее обеими руками.
– А второе?
– Что?
– Предложение где второе?
– Я в одно уложилась.
Улыбаюсь и глубже вдыхаю ее запах. Трезво мыслить пока не получается, но точно знаю – мы сейчас в равных условиях.
– Я тоже не выберусь, Алёна. Если тебя это хоть как-то успокоит. Не могу о других думать. Даже когда овощем здесь лежал один несколько дней, то все мысли были о тебе.
Остатки боли, которые не задушили таблетки, снова пробираются в лобную и височные части. Я морщусь и ненадолго замолкаю.
– Мы сейчас при таком раскладе опять уснем, – шепчет Алёна, когда я утыкаюсь носом в ее затылок.
– Пару часов уже ничего не решат. Побудь со мной.
– Ян…
– Пожалуйста.
Алёна почти сразу же расслабляется, подстраиваясь под мое тело, и начинает дышать ровнее. Нужно будет позвонить завтра бабуле. Давно не общались. Заодно спасибо скажу, что приучила меня к вежливым словам.
Я первым проваливаюсь в сон. А когда просыпаюсь, то застаю цветок в глубокой отключке. Алёна даже не чувствует, что я встал и не слышит, как звоню Инне, прося секретаршу прислать на личную почту документы по завтрашним переговорам. Буду изучать бумаги дома. Поздним вечером.
Подхожу ближе и присаживаюсь на край дивана, беру Алёну за забинтованную руку и тихо зову. Цветок открывает сонные глаза и смотрит на меня так, что я хочу наплевать на все неотложные дела и остаться с ней на даче друга. Если бы не волчонок, то скорее всего попросил бы Алёну поехать вместе со мной.
– Что случилось? – спрашиваю я, поглаживая нежную кожу рядом с бинтом.
– Разбила стакан и порезалась. Мелочи. А у тебя?
Смотрю на россыпь родинок на обнаженном плече, вспоминая, что их ещё больше на животе у Алёны.
– На тренировке переусердствовал.
– А шрамы?
Скольжу глазами ниже.
– Весело отметили свадьбу Эрика. У него такие же теперь. И ещё у одного счастливчика.
Задираю топ Алёны и кладу ладонь на ее живот, который усеян такими же родинками, что и на плече. Она их стесняется, а я от них без ума.
– Какой ужас... – округляет цветочек глаза.
– Да ладно, ничего ужасного. Было зрелищное, веселое и незабываемое представление. На нашей повторим.
– И сколько ты провел потом времени в больнице? – Алёна игнорирует мои слова о нашей свадьбе, но начинает дрожать под моими руками и ее кожа покрывается мурашками.
– Не очень много. В жизни есть куда более интересные вещи, чем пролеживать бока на больничной койке. Кстати, у твоего волчонка такие же. Откуда? Ты показывала ему как обращаться с петардами?
– Не смешно. Андрей весь в отметинах, Ян. Если я начну перечислять, то ты точно задержишься, – Алёна осекается, а потом расплывается в загадочной улыбке. – В общем, слушай...
– Поездку отменить все равно не могу, – перебиваю я. – Но есть и хорошая новость. Мне уже значительно лучше.
Алёна поджимает губы и издает сдавленный всхлип, когда я веду ладонью вниз, расстегиваю пуговицу на ее джинсах. Жадно атакую ее рот и одновременно с поцелуем сам избавляюсь от своей одежды.
Цветок вдруг сжимает тонкие пальцы на моем запястье, останавливая. Удивленно поднимаю на нее глаза.
