– Однажды… когда я вам читала, вы задремали, мистер Аллейн. Может, если я сделаю это теперь, у вас снова получится заснуть? – спросила она.
– Я не в настроении слушать стихи, миссис Уикс, – ответил Джонатан. – К тому же, когда я сплю в кресле, у меня потом болит все тело.
– Сегодня я принесла почитать нечто совсем другое. То, что отвлечет вас от забот, унеся ваши мысли в давние времена и в дальние страны. И почему бы вам не полежать, пока я читаю?
– Вы хотите уложить меня в кровать, словно ребенка?
– Ничего подобного. Но если вам действительно необходим сон, то можете забираться в постель, не боясь меня смутить.
Джонатан посмотрел на нее долгим взглядом, а затем принялся тереть глаза, да так яростно, что они покраснели. Затем он поднялся с кресла, нетвердыми шагами прошел к дальнему концу комнаты, к двери, которая вела в темную спальню, и остановился рядом с ней.
– Когда мне пришло в голову, что вы больше не вернетесь, мне… мне это не понравилось. Вы… придете снова, миссис Уикс? – спросил Джонатан.
Рейчел была поражена, поняв, насколько он уязвим. «Неужели он во мне нуждается?»
– Так скоро, как вы того пожелаете, мистер Аллейн, – пообещала она.
Джонатан кивнул, отвернулся, и вскоре Рейчел услышала, как скрипнула кровать под весом его тела.
– Что бы вы ни собрались мне читать, я расслышу далеко не все, если вы останетесь в кабинете, – крикнул он ей.
Рейчел подошла к порогу темной спальни, чувствуя, что ей не следует туда входить. Она пододвинула к распахнутой двери кресло, стоявшее рядом с письменным столом, и вынула книгу, которую принесла с собой, – совершенно новую, еще не разрезанную.
– Сама я тоже ее не читала, так что нам предстоит познакомиться с ней вместе. Это роман сэра Вальтера Скотта, называется «Айвенго».
– Роман? Я не люблю романов.
– А какие из них вы прочли? – возразила Рейчел. Ответом ей была тишина. – Я так и думала. Очень многие джентльмены утверждают, что не имеют к ним интереса и не находят в вымышленных историях никаких достоинств, хотя на самом деле так и не удосужились познакомиться хотя бы с одной из них, – сказала она.
– Голова у мужчин поглощена куда большим числом забот и обязанностей, чем у женщин. Скажите на милость, что именно мы можем приобрести, тратя время на фантазии романистов? Такие вещи скорее годятся для развлечения юношей.
– Послушайте, и, возможно, поймете, чем они могут вас обогатить, – едко возразила Рейчел.
Ответом ей послужила наступившая в затемненной спальне напряженная тишина, а потому она принялась за чтение.
Рейчел читала около часа или даже немного больше – до тех пор, пока у нее во рту не пересохло и она не погрузилась в состояние глубокого спокойствия, которое у нее наступало, когда произведение захватывало ее целиком. Найдя в тексте подходящее место, она остановилась и прислушалась. Из темноты доносились лишь звуки глубокого, ровного дыхания.
На сей раз Пташка ждала очень долго, когда миссис Уикс выйдет из дома. Похоже, ее посещения Джонатана с каждым разом становились все продолжительнее, и девушка изо всех сил пыталась подыскивать убедительные причины, которые позволяли ей оставаться неподалеку от парадного входа, чтобы услышать, когда хлопнет дверь. Вот и теперь, едва заслышав заветный звук, она стремглав бросилась вверх по лесенке для слуг и сдавленным окликом привлекла внимание Рейчел Уикс. Та быстро обернулась и испуганно, едва ли не виновато, посмотрела на нее. Пташка сразу же заподозрила неладное и подумала, не слишком ли она доверилась этой женщине. Кто знает, что происходит между миссис Уикс и Джонатаном в тиши его комнат. «Уж не скрывает ли она чего от меня?» Миссис Уикс была бледна, держала спину очень прямо и шла напряженной походкой. «Она ступает словно каменная статуя. Как чучело Элис». Рядом с ней Пташка казалась себе низкорослой и неопрятной. Она почувствовала себя снова беспризорницей, как раньше, и это привело ее в колючее, раздраженное настроение, словно ей приходилось от чего-то обороняться.
Шагая бок о бок, они отошли на небольшое расстояние от дома Аллейнов, держась поближе к высокой стене сада, чтобы их никто не мог увидеть из окон, и повернулись лицом друг к другу.
– Ну вот, – сказала Пташка за неимением лучшего начала разговора.
– Что ж, твое лицо зажило, и я этому рада, – отозвалась миссис Уикс.
– В свое время на мне зажили куда худшие раны. Вы ничего не сказали Дику Уиксу? – спросила Пташка. – Это хорошо, – продолжила она, когда Рейчел Уикс кивнула. – А что вы узнали у мистера Аллейна сегодня? Вы нашли письма Элис?
