- Банальный... - Даша прижала ладони к щекам и хотела еще что-нибудь уточнить, услышать подтверждение, что банальный - это так, ерунда полная. Однако доктор, похоже, не намерен был разводить политесы. Он просто махнул на нее рукой и направился к себе в кабинет.
- Да вы не волнуйтесь, женщина, - раздался скрипучий голос со стороны окна.
Даша обернулась: за столом сидела хмурая тетка в белом халате и что-то неотрывно писала в толстой книге. - Подойдите ко мне, запишем ваши данные, - скомандовала она, не поднимая головы. - Паспорт с собой?
- С собой, - кивнула Даша. - А можно я здесь на ночь останусь?
Та протянула руку:
- Давайте документ. У нас здесь не детский сад и не гостиница. Вашу девочку еще наблюдать будут. Когда там операция - неизвестно.
- Как неизвестно, а доктор сказал...
- Ой, ну что он там вам сказал, - перебила ее женщина тоном столичного профессора. - Человеческий организм штука непредсказуемая. Он вам так сказал, а выйдет, может, все по-другому.
У Даши закружилась голова от такого философского взгляда на Катин организм.
- Как это... у нее же банальный аппендицит, - пролепетала она.
- Так, короче, - решила подвести итог дискуссии женщина в белом халате и строго посмотрела на Дашу, - не каменный век, чай, телефоны у нас ваши есть, а у вас - наши имеются. Позванивайте с утречка, узнавайте. Если что, мы вас найдем, не волнуйтесь.
- Что, если что? - захотела уточнить Даша, но служительница Эскулапия всем своим видом демонстрировала, что аудиенция закончена.
- Васильев! Ко мне, живенько только, - проскрежетала она и ткнула пальцем куда-то за спину Даши. - Вон еще скока народу оформить надо...
Было около полуночи, когда она подъехала на такси к воротам дома. Неяркие фонари освещали территорию двора, однако окна в доме были темными. Похоже, Надежда опять уехала к себе в городскую квартиру. Даша медленно поднялась по ступенькам на крыльцо, достала ключи, но дверь оказалась не заперта. Значит, не уехала. "Это ж надо, улеглась спать, а дом нараспашку. Тоже мне "хранительница", - возмутилась она про себя.
Даша заперла дверь, включила охранную сигнализацию, сбросила туфли и, не гася свет в коридоре, побрела босиком по лестнице наверх. По вечерам ей всегда было неуютно в этом доме, а теперь, без Катюши, она совсем расклеилась. Слезы застилали глаза, но она храбро не замечала их, просто беспрерывно моргала, прогоняя прочь эти знаки печали.
В комнате царил беспорядок после сборов в больницу. Даша разжала пальцы, и сумка тихо шмякнулась на пол. Переступив через полотенце, почему-то оказавшееся под ногами, она добралась до дивана и, раскинув руки, упала на постель, закрыла глаза. Спать, не спать... Только разве так уснуть можно? Она потерла ладонями лицо, тяжело вздохнула и села. Похоже, Надежда даже не заглянула в эту комнату. Наверно, была сильно расстроена. Всплыл в памяти разговор по телефону, случайно услышанный ею. Что-то очень беспокоило эту женщину. Может, зря она обижается на нее. И почему она сегодня плакала? Только не до нее сейчас, не до нее... Ладно, потом разберемся.
Она кружила по комнате, собирала разбросанные вещи. Ее взгляд то и дело останавливался на мобильнике. Никто не звонил. Это, наверное, хорошо, значит, не случилось то самое "если что". Но все равно тревожно, все равно... Надо пойти и выпить хотя бы чаю, успокоиться, а потом просто взять трубку и набрать номер больницы, за звонок ее ведь не расстреляют.
Спустившись вниз, Даша повернула не в сторону кухни, а направилась в противоположном направлении - в гостиную. Эта красивая и светлая комната ей нравилась. Когда они с Катей были здесь в первый раз, в гостях, Роман после чаепития на кухне привел их сюда. "Ого!" - восхищенно воскликнула девочка и показала пальцем в угол комнаты, где стоял белый кабинетный рояль. Даша тогда постеснялась спросить, кто на нем играет и играет ли вообще. Не секрет, что многие люди держат дома такую штуковину просто для престижа. А вот Катя тут же подбежала к инструменту и постучала пальчиком по клавишам. "Ля-ля-ля..." - тихонько пропела она и, засмущавшись, со смехом убежала от рояля. Вся обстановка гостиной была какая-то жизнерадостная, хотя и не яркая. Светлые портьеры в мелкий цветочный рисунок, камин, над ним - зеркало в резной деревянной раме и, главное, свет от хрустальной люстры, который по вечерам создавал впечатление праздника из-за веселых искрящихся бликов. От этих веселых огоньков рояль казался волшебным сверкающим чудом.
Даша зажгла люстру и улыбнулась, вспомнив тот вечер. Подошла к роялю, осторожно нажала клавишу в высоком регистре. Инструмент тихонько пискнул, а она, испуганно прикрыв ладошкой рот, оглянулась на дверь. Вот придумала! Среди ночи-то... Потом достала телефон и быстро набрала номер, записанный на бумажке сердитой теткой из больницы. Вначале упорно шли только короткие гудки, но вот, наконец, раздался долгожданный длинный, щелкнуло соединение.
- Это Гринева вас беспокоит, моя дочь сегодня к вам поступила, - протараторила она в трубку, - ...да, жду...
