- Вам кого? - спросила пожилая женщина с красными от слез глазами.
- Здравствуйте, - сказала Саша и сделала шаг вперед. - Вы извините за беспокойство, нам нужна Женя Петровская. Сказали, что она в этом доме живет.
Женщина тяжело вздохнула и, нахмурив брови, поинтересовалась:
- А вы кто? Зачем вам Евгения?
- Э-э.. - замялась на секунду Саша, - мы вместе с ней работали когда-то, - уклончиво ответила она.
- Вместе работали? - безучастно повторила женщина и посторонилась, пропуская девушек во двор. - В магазине что ли?
Не дожидаясь ответа, она пошла вперед, к дому.
Даша и журналистка переглянулись между собой.
- Очередной сюрпрайз, - прошептала Саша в сторону своей начальницы.
- В дом не приглашаю, - обернулась у крыльца женщина. - Не до гостей нам. А Евгению сейчас пришлю. Идите туда, в беседку, - кивнула она в сторону небольшого строения непонятной архитектуры, располагавшегося среди грядок с огурцами.
Хозяйка скрылась в доме, а девушки пошли по дорожке, выложенной потрескавшимися кусками бетонных плит. Едва они успели присесть на скамейку с навесом из розового полиэтилена, как из дома выбежала девушка в голубых джинсах и растянутой футболке темного цвета.
- Это она. Точно она, - сказала Саша. - Не пойму, при чем тут какой-то магазин...
- Я тем более...
Женя подошла к ним и, зацепив сразу взглядом Сашу, мрачно произнесла:
- Что вам надо? Зачем наврали, что работали со мной?
- Извини, Женя. Мы с тобой учились и я...
- Помню, - оборвала ее девушка. - И что теперь?
- Короче, мы по серьезному вопросу, - Саша поднялась со скамейки. - Мы в курсе твоего увольнения из газеты. И мы знаем, что на самом деле тебя просто подставили...
- Это про какую газету сейчас речь? - Женя приблизилась к Саше и впилась в нее взглядом.
- "Наши новости", про какую же еще, - неуверенно сказала Саша и замолчала.
Петровская, отстранив рукой Сашу, подошла к скамейке и буквально рухнула на нее, откинувшись на спинку.
- Как же меня достали эти ваши новости! Поймите, я никогда не работала в этой паршивой газетенке, и вообще я ушла давно из журналистики и больше туда ни ногой. Не мое это. Понятно?
Гостьи согласно кивнули.
- У меня свой магазин женской обуви "Шпилька". Добро пожаловать, как говорится, - девушка шмыгнула носом и отвернулась.
Даша с журналисткой уставились друг на друга, совершенно не понимая, что им сейчас делать. Первой нарушила молчание Саша.
- Поверь, мы приехали не сплетнями заниматься. Только я вижу, что тебя действительно достают с этой газетой. Кто-то ведь распространяет слухи, что ты там работала...
Неожиданно плечи Петровской затряслись, и раздались негромкие всхлипывания. Ситуация становилась совсем уж драматичной.
- Женя, - Саша осторожно притронулась к плечу девушки, - если мы тебя чем-то огорчили, то извини, пожалуйста. У нас самих дела хоть плачь. Надеялись, что ты прояснишь ситуацию...
Девушка повернулась к ним лицом и постаралась взять себя в руки. Краем футболки она протерла лицо и, судорожно вздохнув, заговорила:
- Там работал мой брат. Олег Петровский. Работу ненавидел люто, но платили хорошо, вот и терпел. Приезжал сюда почти каждый выходной, тетя Тома у нас тут... Говорил, что надо грязь с души смывать хотя бы раз в неделю. Вот и ходил каждый раз на речку купаться, порыбачить. Очень рыбалку любил.
- Любил? А что сейчас, перестал приезжать? - спросила Даша и почувствовала, как у нее противно заныло где-то под ложечкой.
Женя замолчала, лицо ее стало серым и невыразительным.
- Он вчера на рыбалке утонул, - скороговоркой произнесла она и громко всхлипнула.
- Господи, какой ужас! - воскликнула Даша. - Как же это произошло?
Девушка пожала плечами.
- Никто не знает. Он один рыбачил всегда. Изредка с ним ходил дед Тимофей. Но вчера Олежка там был один. Мы бы, может, и до утра его не хватились, только под вечер приезжал к нему один мужик из "Наших новостей", искал его, говорил, что есть возможность восстановиться на работу. Ну, мы с тетей объяснили ему, где тот может Олега найти. Только он через полчаса вернулся и сказал, что не нашел брата. Просил передать, чтобы он приехал к главному редактору в ближайшие пару дней. Мы пошли с тетей к реке, но там только удочки валялись, и банка с червями открытая стояла... Уже по темноте его нашли спасатели. Приехали на машине, большими прожекторами светили, водолазы потом и вытащили. И ведь был совсем недалеко от берега. В одежде. Увезли сразу в город в судмедэкспертизу.
Даша сидела, обхватив голову руками. Саша пошарила руками в карманах, очевидно, в поисках сигарет, которые остались в машине. Женя поднялась со скамейки и, поморщившись, как от боли, добавила:
- Вот так, девчонки. Теперь вы понимаете, что я ненавижу все, что связано с этой газетой...
Почему, - хотелось спросить Даше. - Какая связь? Но вместо этого она сказала:
- Он, наверное, очень переживал, что его уволили?
- Нет, - помотала головой Женя, - по работе совсем не переживал. Говорил, что все, что ни делается - к лучшему. Только я же видела, он никак не мог смириться с тем, что уволили его вообще ни за что.
