Рыбка, раскрыв глаза от удивления из-за собственных фантазий, выключил воду, обмотался полотенцем и поскорее вернулся в свою комнату, на всякий случай запирая ее на засов, словно все мысли о непозволительном акте любви могли остаться за стенами душевой кабинки. Наспех одевшись, Донхэ сел на край кровати, подумал о том, что это не помогает расслабиться, а потом укутался одеялом, чувствуя себя настоящим извращенцем. Поэтому, когда в его дверь постучали, он только сильнее съежился у стены, боясь того, что это мог прийти Ынхек, а видеть его Рыбка не хотел. И дело было не в последних словах, которые Донхэ ему бросил перед уходом из комнаты, а в тех немногих минутах, когда он позволил представить себя в его объятиях.
Донхэ так и не узнал, кто приходил, но свет выключил, на случай, если гость решит вернуться. Донхэ предпочитал, чтобы Ынхек, а сердце почему-то подсказывало, что это был именно он, подумал, что дома никого нет. Хэ теперь вообще сомневался, что сможет когда-нибудь выйти из комнаты, потому что было ужасно стыдно, обидно и немного страшно, особенно, когда в воспоминаниях всплывало то мгновение со странным взглядом Хека и его не менее странными словами. Донхэ считал теперь, что все это ему просто привиделось и послышалось из-за страха. И было бы куда лучше, если бы возбуждение ему тоже показалось.
Шивон, дослушав историю до конца, даже ресницами не пошевелил, внимательно смотря на друга явно офигевшим взглядом, потому что уж чего-чего, а этого он от Донхэ ну никак не ожидал. Он предполагал, что Ынхек мог сорваться, но чтобы Рыбка…
Донхэ, заметив взгляд друга, снова накрылся одеялом, боясь того, что теперь Шивон его возненавидит. Ведь Хэ обещал ему, что никогда ни при каких условиях не станет геем, как некоторые из их друзей, вроде Хи и Зело и Мино с Тэ. А теперь, после того, что случилось в душе, Донхэ уже сомневался, что сможет сдержать обещание. Да и в ориентации своей он теперь был совсем не уверен.
- Так, без паники. Кажется, я знаю, в чем дело, - подал голос Шивон, заинтересовывая Донхэ своими словами. – Ты не гей.
Рыбка с любопытством взглянул на друга, выглянув из-под одеяла.
- Я думаю дело в том, что у тебя уже давно не было нормального секса. А то, что ты иногда возишься в душе дольше обычного, явно не достаточно для полного удовлетворения, - продолжал выдвигать свою теорию Шивон со всей серьезностью на лице. – Тебе нужен хороший секс. И девушка. И желательно, чтобы две эти вещи совпали между собой. Так что, хочешь ты или нет, в следующий раз ты идешь со мной и Суен на двойное свидание. Надо бы попросить ее притащить какую-нибудь одинокую подругу. Так что успокойся. Увидишь, что после свидания с девушкой уже ни о чем другом думать не будешь. Договорились?
Донхэ легонько кивнул, изо всех сил стараясь в это поверить, потому что он натурал, и не может всего за один вечер стать геем. Такого просто не бывает.
В отличие от Донхэ, Ынхек провел свое время иначе. Он, решив дать Рыбке хоть немного свободы для раздумий, домыл оставшиеся комнаты и спустился к Тукки, чтобы отчитаться. На вопрос, куда подевался Донхэ и почему Ынхек вернулся один, парень ответил, что Хэ просто устал и Хек, по доброте душевной, спустился отчитаться сам. Итык не стал проверять, насколько парни справились с заданием, а потому, кивнув, отпустил Хека по своим делам. Поднявшись на второй этаж, Хек заметил, как выскочил Донхэ из душевой и за считанные секунды скрылся за дверьми своей комнаты, даже не взглянув по сторонам. Парень был обмотан лишь одним полотенцем, и если до этого Хек думал, что было бы неплохо перед Хэ извиниться, то теперь он сомневался, что у него это получится. Хотя бы просто потому, что Донхэ не станет с ним разговаривать, одетым лишь в полотенце. После случившегося он теперь и на пушечный выстрел Хека к себе не подпустит, а значит, был только один вариант развития сегодняшнего вечера: отправиться домой.
