Хек вошел в комнату и сразу же взглянул в сторону Реука, который преспокойно спал на своей кровати. Хекдже прошел к своему столу, положил на него медальон, а потом подошел к Ре, чтобы проверить его температуру. Казалось, что парню лучше не стало, потому что на лбу до сих пор выступали капельки пота. Хек решил, что было бы неплохо попробовать сбить температуру уксусной повязкой, потому что таблетки, по всей видимости, совсем не помогали. Парень вновь спустился к Итыку за уксусом, а потом вновь остановился на втором этаже, не сводя взгляда с дверей в комнату Донхэ. Парень знал, что туда лучше не соваться, но игнорировать происходящее он попросту не мог, потому что хоть он не отдавал отчета своим действиям, он все же был виноват в том, что случилось. А потому нужно было извиниться, или, как думал Хек, ему необходимо было вымаливать прощение, если он намеревался и дальше общаться с Рыбкой. Правда, после случившегося он сомневался, что это возможно. Донхэ ведь ясно сказал к нему больше не приближаться. Но, разве это правильно? Извинения получить он все же должен. А потому, решив сделать небольшую остановку, Хек приблизился к двери и едва слышно постучал, чтобы не выглядеть слишком напористым. Он ведь недавно этой напористостью и испугал Донхэ. Не хотелось пугать парня снова. Еще решит, что Хек пришел завершить начатое…
После очередного стука дверь все еще оставалась заперта, и Ынхек решил бы, что в комнате никого нет, если б не был уверен, что Рыбке больше некуда податься. По всей видимости, Донхэ понял, что пришел именно он, потому и не открывал дверь. И Хек только сейчас в полной мере осознал, насколько серьезно то, что между ними произошло. А еще было обидно, что ему не дали возможность высказаться, как-то оправдаться, но он ведь сам виноват в том, что это случилось, пусть и не зная толком, как умудрился потерять над собой контроль, если всегда был сдержан и не позволял себе лишнего даже с друзьями.
Постояв немного под дверью в надежде, что Хэ рискнет показать нос из комнаты, парень отправился на пятый этаж ни с чем, и полночи провел у постели Реука, сменяя одну повязку за другой, словно таким образом пытаясь исправить свои грехи. Реук проснулся ближе к полуночи, и первым делом обратил внимание на влажную ткань, лежащую на лбу. Только потом он заметил спящего за его столом Ынхека. Реук поднялся с постели для того, чтобы уговорить Хекдже лечь на кровати, потому что спать за столом, казалось, было очень неудобно. Но когда Реук все же разбудил Хека прикосновением к его плечу, то получил в ответ осуждающий взгляд и строгий упрек в том, что он, больной, встал с постели, в то время как должен лежать в ней и спокойно выздоравливать. Такая забота заставила Ре улыбнуться, но спорить с соседом парень не стал и поскорее залез обратно под одеяло, наблюдая за тем, как Хек выкручивает повязку и снова кладет ее на лоб. Они попытались поговорить на нейтральные темы, например, о том, как прошел вечер в клубе, но Хек просто насупился, вдруг став слишком грустным, сказал, что у него в жизни наступила черная полоса, а потом едва слышно упрекнул в этом медальон.
Услышав о медальоне, Реук тут же вспомнил Тэмина, и парень, не теряя времени, рассказал о том, что Тэ искал эту вещицу. Ынхек не стал сопротивляться идее отдать медальон парнишке и пообещал с утра сходить к нему. Посидев еще немного, Хек все же отправился спать и то только потому, что Реук сказал, что ему лучше.
Утром настроение Хекдже не улучшилось ни на грамм и парень, спустившись на третий этаж, выглядел сонным, разбитым, словно из него выкачали все веселье. Ведь таким серьезным Хека почти никто не видел раньше. Впрочем, самому Хекдже на это было плевать, потому что он не обязан был улыбаться в то время, когда в его личной жизни все стало так плохо.
Парень легонько постучал в дверь на случай, если кто-то на той стороне занят непристойными делишками, ведь для него не было секретом, что оба парня, живущие в этой комнате, встречались с другими парнями. А раз уж они разбились по парочкам, то неудивительно, если и ночуют так же. Если бы у Хекдже была такая возможность, он бы и сам захотел жить с тем, кто нравится. Но сейчас ему лучше об этом не думать.
Когда Хек не добился ответа, то без стеснения приоткрыл дверь и почти мгновенно отвернулся, когда заметил на одной из кроватей двоих влюбленных, которые, явно не собираясь вставать, прямо с утра устроили показательное выступление с сексом.
- Ой, простите, я постучал, но никто не ответил, - быстро сказал Хек, прикрывая за собой дверь, надеясь на то, что горячая парочка внутри все же оторвется друг от друга и уделит ему минутку внимания, потому что Тэмина на горизонте пока не было. И в самом деле, дверь приоткрылась чуть погодя, и на пороге появился Кибом. И, слава Богу, одетый. Джонгхен с улыбкой просто наблюдал со стороны кровати, для приветствия махнув Ынхеку рукой.
