- А если вспомнишь? Что ты скажешь ему при встрече? – снова поинтересовался юноша, впервые с момента появления призрака в комнате, проявляя заинтересованность. Джинки это даже немного странным показалось. Ведь, если бы Тэ было интересно раньше, он бы задал все эти вопросы, не думая о том, его это дело или нет. Но сейчас складывалось такое ощущение, что парнишке только теперь важно знать ответ. Правда, Онью не мог пока понять почему. И что-то ему подсказывало, что дело вовсе не в простом любопытстве. Даже взгляд у макнэ был совсем другим, каким-то беспокойным, взволнованным и Онью отчего-то был уверен, что парнишка боится его ответа. И подозрения, что все эти вопросы неспроста, стали только сильнее. Джинки даже показалось, что Тэмин хотел услышать в ответ что-то определенное, только призрак не понимал, что именно должен сказать. Макнэ ведь не из-за этого вопроса такой подавленный?
- Тэмин, здесь столько нюансов. Я ведь даже не знаю, что к нему почувствую. Возможно, я вовсе не вспомню ничего,- ответил парень, решив пока оставить свои подозрения при себе, потому что пока не понимал, насколько они правильны. Как ни посмотри, кажется глупым, что Тэ интересуется о его парне и при этом испытывает такую вселенскую печаль, которая заставляла к тому же лить слезы. Если только он не плачет из-за того, что проявляет сострадание, потому что понимает, что встретиться со своим парнем Джинки уже не сможет. Возможно, его парня и вовсе нет в городе. Онью ведь и сам прекрасно понимал, что в этом случае они с Тэмином не смогут узнать, где он. О том, что его не может быть в живых, Джинки даже думать не хотел.
- Ну, а если? – снова спросил макнэ, отчего-то слишком усердно добиваясь ответа и отвлекая тем самым призрака от ужасных мыслей.
- Ну, - Джинки задумчиво отвел взгляд в сторону, позволив себе на мгновение представить встречу с тем, кого пока не знал, - если вспомню, скажу ему, чтобы он не переживал ни о чем. Наверное, для него мой уход был шоком. Он ведь, небось, тоже считает, что это было самоубийство. Вдруг он винит в случившемся себя? Если бы мой любимый человек совершил самоубийство, мне бы тоже было нелегко понять его действия. То есть, я бы, наверное, заметил что-то не то в его поведении, верно? А он ведь не знает, что это было не случайно. А если что-то к нему почувствую, и если он все так же думает обо мне и что-то ко мне испытывает, как Джессика, например, тогда… - Онью вздохнул, не зная, стоит ли произносить последнюю фразу. Ведь за прошлый год столько всего могло измениться в жизни его парня, а своими словами Джинки мог дать ему бесполезную надежду, напоминая о прошлом. Может быть, парню теперь и вовсе не нужны эти слова.
- Скажешь, что любишь его? – прошептал Тэмин, выделяя шепотом каждое слово и заостряя особое внимание на слове «люблю», а потом еще прошелся взглядом по призраку, чтобы понять, вспомнил ли Джинки о своих чувствах. Тэ не хотел об этом думать, но в некотором смысле он даже желал, чтобы Джинки не вспомнил. Хотя и понимал, что думая так, поступает эгоистично, потому что Джинки как никто другой имел право знать о своем прошлом. Но после случившегося, удерживать эмоции при себе, становилось для Тэмина проблематично. Все его эмоции после ссоры с Минхо вспыхнули так резко, словно вырвались из заточения. И унять их очень непросто, особенно, когда тебе хочется всецело принадлежать любимому человеку, не разделяя его ни с кем больше. Тэ никогда не считал себя собственником, но сейчас, чувствуя, что не хочет отпускать от себя Мино, осознавал, что ему тяжело смириться с происходящим. В нем сейчас словно уживались два человека. Один из которых хотел рассказать правду, чувствуя вину и сожаление, а другой отчаянно старался ее скрыть, позволяя отрицательным эмоциям брать верх над разумом.
