Джинки все еще держал глаза закрытыми, когда оказался в привычной для себя обстановке: в пустом классе. Но руки все еще прижимал к голове, стараясь унять боль, пронзающую и голову, и душу. Ему понадобилась почти несколько минут, чтобы немного прийти в себя, и когда эмоции немного поутихли, он смог опустить руки и сесть под стенкой, наслаждаясь долгожданной тишиной и спокойствием. Как парень и предполагал чувство вины прошло окончательно, не оставив после себя и следа, зато остальные чувства все еще немного напоминали о себе. И Джинки с удивлением обнаружил, что все-таки испытывает немного обиды и ревности. Но теперь он точно был уверен, что совсем не злится на то, что двое дорогих ему людей вместе. Джинки был бы полным идиотом, если бы не понимал, что такой расклад лучше того, если бы Минхо был до сих пор влюблен в него. Конечно, с осознанием того, что парень отдал свое сердце другому, становилось обидно и даже немного жаль, но, поразмышляв, Онью решил, что так будет лучше. Мино ведь не обязан любить его до конца жизни, а с Тэмином ему и в самом деле хорошо. Джинки вспомнил, как часто наслаждался этими приятными чувствами, которые староста дарил своему малышу. Онью хватало и того, что он разделял эти чувства, просто наблюдая за ними, греясь в их тепле, иногда представляя, что они относятся и к нему тоже. Жаль, конечно, что его желание так и не свершилось, но он ведь даже когда загадывал его, понимал, что сбыться оно может только, если произойдет чудо. Но, как видно, чуда все же не произошло. Да и какое может быть чудо, если у тебя и жизни-то особой уже нет. Есть только эти холодные стены и больше ничего. Даже время неумолимо мчится вперед, не давая возможности задержаться и насладиться последними днями нормального существования. Когда не сидишь на подоконнике круглые сутки, смотря на людей издалека, а можешь в любой момент прийти к тому, кто тебя видит и поговорить с ним хотя бы минутку. Но смогут ли они теперь с Тэмином нормально общаться? После того, что мальчишка узнал, он, наверное, долго еще будет эмоционально настроен. А если так будет продолжаться и дальше, они просто не смогут находиться в одной комнате. Потому что, когда Онью будет приближаться к нему, то будет испытывать новый прилив эмоций, теряя самого себя под впечатлением других чувств. И это сможет прекратиться только, когда макнэ смирится. А если он расстанется с Минхо, как и говорил? В этом случае, Джинки был уверен, будет даже хуже. Потому что каждый раз, видя Харизму перед глазами, парнишка будет вспоминать о том, что его предали и эмоции станут только сильнее, потому что боль от любви к старосте будет съедать Тэмина изнутри. Ведь приказать чувствам исчезнуть, когда вздумается - невозможно. Для этого понадобиться долгое время, если, конечно, вообще такое произойдет. Ведь, если судить по Джессике, настоящие чувства могут и вовсе не пройти. И человек так и будет страдать от безответной любви всю свою жизнь, только иногда позволяя себе забывать о них, переключаясь на что-то другое.
Джинки грустно усмехнулся, понимая вдруг, что они с Джессикой оказались теперь в одинаковых ситуациях. Ведь он расстался с ней из-за чувств к Минхо, а Харизма теперь, пусть и не зная о существовании Онью, влюбился в Тэмина. Да, пожалуй, в этом всем было одно различие: что Джессика в отличие от Джинки помнила об их общем прошлом и действительно испытывала далеко не дружеские чувства, Онью же только мог предполагать, что чувствовал к Мино, из-за этого испытывая небольшую обиду. Если бы он помнил о прошлом, стал бы он также страдать, как и Джессика? Был бы он еще больше подавлен?
Призрак глубоко вздохнул, откидывая голову назад, чтобы облокотиться ею о стену. Теперь он думал о том, почему же за столько времени так и не вспомнил своего парня?
Ведь с Джессикой вышло все просто: Джинки с самого ее появления понял, кто она, и вспомнил их знакомство. А Минхо попадался ему на глаза столько раз, Онью даже касался его, с этим прикосновением ощущая, как пробуждаются его собственные чувства, но, тем не менее, прошлое отчаянно от него ускользало, не позволяя вспомнить любимого человека. А может быть, тут нужно нечто большее, чем простое прикосновение, чтобы воспоминания вернулись? Только что нужно сделать, Онью даже представить не мог.
В голове в какой-то момент проскользнула мысль о поцелуе. В сказках поцелуй имел волшебные свойства. Спящая красавица, например, проснулась от глубокого сна только после того, как принц поцеловал ее. Так может и с Минхо это сработает?
Думать об этом всерьез было несколько странно. Потому что, во-первых, сказки на то и сказки, чтобы верить в чудеса. А жизнь ведь на самом деле не такая уж и сказочная, как верилось в детстве, и волшебства не случаются, если просто захотеть. И поцелуй вовсе не обладает магическими свойствами и является всего лишь очередным прикосновением, которое вряд ли чем-то поможет.
