- Должно быть, я очень любил его, если из-за него расстался с Джессикой, - продолжал говорить Онью, погрузившись в свои мысли настолько, что эмоции Тэ, которые, словно балансируя на весах, сменялись одна другой, просто проскользнули мимо него. - Наверное, ему будет приятно слышать о моих чувствах. Только я не уверен, что это правильно. Я ведь уже не смогу вернуться. А если он к тому же на что-то надеется? Возможно, эти мои слова причинят ему больше страданий. Думаю, будет лучше вообще молчать. Да и глупо об этом думать, когда я даже не знаю, кто он. Возможно, то, что я сейчас наговорил, будет в корне отличаться от того, что будет на самом деле. Я ведь не могу заглядывать в будущее. Но я точно уверен, что, не смотря ни на что, отдам ему подарок. Ну, или ты отдашь, когда мы его найдем, если он меня не увидит. Ты ведь поможешь? – и призрак, посылая макнэ легкую улыбку, вновь взглянул на него, надеясь на поддержку. Но взгляд Тэмина в совокупности с новыми эмоциями, нагнал на Джинки тоску и печаль, сгоняя с лица дружелюбие, потому что в какой-то момент Джинки вдруг почувствовал, что сердится. Только понять не мог почему, у него ведь даже причин для этого не было. А потом вдруг снова сердце сжалось от жалости, да так, что Онью и сам готов был пустить слезу, понимая, что эта сильная эмоция относится не к нему, а к Тэмину, потому что взгляд у макнэ вновь стал унылый, словно Тэ забыл, что такое улыбка.
И Джинки вновь задумался, что же такого страшного случилось, что Тэмин настолько подавлен?
- Ты уже знаешь, кто он? – поинтересовался призрак, уже догадавшись, что Тэмин, скорее всего, в курсе того, кто его парень. Ведь макнэ только поэтому задавал все эти вопросы?
Тэ согласно кивнул, и у Джинки внутри все перевернулось от собственных переживаний, когда он вспомнил, что предполагал несколькими минутами ранее, когда раздумывал о сострадании Тэ.
- Он что, тоже умер? – осторожно спросил Джинки, с ужасом осознавая, что из-за своих действий в тот вечер, мог потянуть за собой и своего парня. Вдруг у них там была такая сильная любовь, что один не мог жить без другого? Но макнэ развеял весь скопившийся в Онью ужас, когда резко качнул головой и запротестовал.
- Нет, что ты такое говоришь, - ответил Тэмин. А в глазах у парнишки застыл страх, словно сама мысль о смерти была ему неприятна. Впрочем, для кого вообще она может быть приятна? - Он жив, здоров, и… - Тэ на секунду затих, словно решаясь на отчаянный шаг, - …он живет в общежитии. На этом этаже.
В груди Джинки мгновенно что-то екнуло, когда он, оглядывая лицо Тэ и обрабатывая информацию в голове, начал кое о чем догадываться. Потому что за все время, пока Онью находился в этом месте, только один человек смог без особого труда всколыхнуть его собственные чувства, позволяя понять, что они не исчезли бесследно.
- Кто? - спросил парень, пристально вглядываясь в выражение лица Тэ и почему-то чувствуя, что уже знает правильный ответ.
- Чой Минхо, - почти неслышно прошептал Тэ, опуская взгляд, а вслед за ним и плечи. Потому что смотреть в глаза Джинки, Тэмину сейчас совсем не хотелось, зная, с какими эмоциями может там встретиться. А видеть счастье, или вновь вспыхнувшую любовь, в глазах призрака, ему не хотелось ни сейчас, ни когда-либо еще, во всяком случае, до тех пор, пока эти чувства касаются его старосты.
- Ты уверен, что это он? – спросил призрак, отчего-то не собираясь верить словам Тэ, хотя уже и сам понял, что иначе и быть не может. Перед его глазами вмиг вспыхнуло воспоминание о вечеринке, когда он сидел на сцене и наблюдал за тем, как его парень любезничает с макнэ. Минхо выглядел тогда таким счастливым, Джинки как сейчас помнил все те чувства старосты, которые пропустил через свое тело и которые касались Тэ. Было сложно поверить, что когда-то Мино мог смотреть на Джинки так же, как он теперь смотрел на Тэмина. Что он улыбался ему также нежно, касался его, ласково поглаживая по волосам, крепко обнимал и беспокоился, если что-то в жизни Онью происходило не так.
Джинки прикоснулся рукой к груди, почувствовав укол где-то в районе сердца из-за внезапно появившейся ревности и обиды на то, что Минхо так легко променял его на Тэмина. Ведь, глядя на беззаботное лицо старосты, складывалось впечатления, что никакое прошлое его вовсе не терзает.
