Серый Человек, отступив на шаг в сторону, отклонил руку с ножом и подставил противнику ногу. Тот грохнулся о каменный пол и сильно ушибся, но привстал на колени. Серый Человек ногой выбил у него нож. Дворянин встал и побежал к террасе.
— Пусть уходит, — сказал Серый Человек Эмрину и ещё двум подоспевшим стражникам, опускаясь на колени у неподвижного тела первого убийцы. В миг смерти тот обмочил свои дорогие серые панталоны. Открытые глаза невидяще смотрели в лепной потолок. — Уберите тело, — приказал хозяин бала Эмрину и вышел вон.
— Необыкновенный человек, — заметил Элдикар Манушан.
Кива, опомнившись немного, взглянула на маленького Берика. Он широко раскрытыми глазами смотрел на мертвеца.
— Всё хорошо. — Кива, присев, обняла мальчика за хрупкие плечи. — Опасности больше нет.
— Что с ним? — дрожащим голосом спросил Берик. — Он так тихо лежит.
— О нём позаботятся, а тебе, пожалуй, лучше уйти отсюда.
— Я уведу его, — сказал Элдикар. — Ещё раз спасибо тебе. — Маг взял мальчика за руку, и они ушли.
Музыканты, не зная, как быть, снова начали играть, но никто не двинулся с места, и музыка смолкла. Гости мало-помалу стали расходиться.
Вскоре зал опустел. Кива и другие слуги, убрав посуду, вернулись с вёдрами и тряпками. Когда они закончили уборку, не осталось и воспоминания о том, что здесь недавно танцевали и пировали двести человек.
За мытьём посуды на кухне Кива слушала, как другие девушки обсуждают покушение на хозяина. Оказалось, что оба молодых человека были племянниками купца Ваниса, но слуги понятия не имели, зачем им вздумалось убивать Рыцаря. Девушки восхищались тем, что Рыцарю посчастливилось убить злодея с одного удара.
На рассвете Кива добралась наконец до своей комнаты. Она устала, но события этой ночи не шли у неё из ума, и она ещё немного посидела на балконе, глядя, как заря золотит воды залива.
Как он узнал, что ему грозит опасность? За громом музыки он никак не мог услышать, что тот человек подкрадывается к нему. Но его рука отвела удар в тот самый миг, когда он обернулся. Он действовал плавно, неторопливо. Снова вообразив себе эту сцену, Кива содрогнулась. Смертельный удар, нанесённый молодому человеку, не был счастливой случайностью, как думали другие служанки. Хорошо нацеленный и хладнокровный, он говорил о долгом опыте.
Кто же ты такой, Серый Человек?
Выйдя из зала, Нездешний зашагал по коридору второго этажа, ведущему в южную башню. За первым поворотом он отодвинул бархатную портьеру и нажал на стену. Панель с лёгким треском отворилась. Войдя, он задвинул за собой дверь и оказался почти в полной темноте. Не колеблясь, он стал спускаться по невидимым ступенькам. Он был сердит и не пытался подавить свой гнев. Обоих юношей, напавших на него, он знал и пару раз разговаривал с ними, когда они были со своим дядей, купцом Ванисом. Умом они не блистали, но и особой глупостью не славились. Обычные молодые дворянчики, перед которыми открывалась полная возможностей жизнь.
Теперь один из них лежит в тёмном чулане и ждёт, когда кто-нибудь заберёт его труп, чтобы зарыть в землю на поживу червям. Тень же его будет блуждать в Пустоте, напуганная и одинокая. Второй прячется где-то в ночи, обдумывая следующий шаг и не понимая, как близка его смерть.
Спускаясь, Нездешний считал ступени. В скале их было пробито сто четырнадцать, и на сотой он увидел внизу на стене слабый лунный блик.
Он обошёл преграду, закрывавшую нижний вход, и вышел наружу. Небо было ясное, ночь — тёплая. Он посмотрел на окна и террасу Большого Зала высоко над собой. Люди ещё виднелись там, но скоро они уйдут.
Уйдёт и он.
Завтра он увидится с Мадзе Чау и откроет ему свои планы. Старик будет в ужасе, подумал Нездешний, и эта мысль ненадолго взбодрила его. Мадзе Чау относился к тем немногим, кто пользовался у него и доверием, и симпатией. Купец прибыл перед самым приёмом. Нездешний послал Омри показать Мадзе Чау комнаты и извиниться за то, что хозяин его не встретил. Омри вернулся взбудораженный и раздражённый.
