— И всё-таки нам нужно расстаться, — вымолвила она еле слышно и отвернулась, пряча боль в глазах. Слова дались ей с кровью. Но иного варианта нет. Стареть рядом с молодым мужем — этого не вынесет ни одна женщина.
— Перестань, — Зар прижал её крепче к себе и коснулся губами волос на затылке. Волна мурашек прокатилась по спине. Сил оттолкнуть его не находилось. — Теперь ведь всё совсем не так плохо, как было тогда.
Марион развернулась в изумлении:
— И что же изменилось с тех пор?
— Магия, — улыбнулся он краешками губ. — Мы постепенно возвращаем себе былые возможности. Я смогу увеличить срок твоей жизни.
— Насколько? — Марион буквально впилась в него взглядом.
— Достаточно, чтобы тебе не грозило состариться рядом со мной молодым.
Неужели всё решалось настолько просто? Серьёзно? Почему же тогда где-то в подсознании билась тревога, чем дальше, чем сильней?
— Увеличишь за счёт уменьшения своей? — догадалась она.
— Нет, — Зар беззаботно улыбнулся и мотнул головой. — Разве что чуть-чуть.
Он лжет, сказал ей внутренний голос. Она всё поняла верно. Сердце вновь сдавило отчаяние.
— Никогда! — воскликнула девушка. — Никогда я не буду жить за твой счёт!
Слёзы опять покатились из глаз.
Зар прижал её голову к груди, ласково перебирая волосы:
— Марион, хватит категоричности. На Валлее это вообще не составило бы проблемы. Можно было бы зациклить процесс на Источник, мне оставалось бы лишь иногда подновлять связь — именно так у нас поступают супруги немагов. Быть может, со временем мы изобретём и способ, пригодный здесь.
Марион подняла голову и заглянула ему в глаза:
— А если нет?
— Брось. Мы непременно что-нибудь придумаем, — мужчина весело подмигнул ей.
— А если всё-таки нет? — не унималась она.
— А если нет. — Зар вмиг посерьёзнел. — Более короткая жизнь с тобой лучше, чем одиночество на несколько столетий дольше.
В синих глазах горела железная решимость. Марион вовсе не нашлась, что возразить. Да и не хотелось возражать, он определённо прав — в одиночестве немного смысла.
— Я тебя не отпущу, даже не мечтай! — Зар произнёс это с улыбкой, но вряд ли в словах содержалась хоть доля шутки.
— Не отпускай, — выдохнула Марион, закрыв глаза. В груди лёд смешивался с мёдом и постепенно таял. Принять его жертву было непросто, страшно, больно. Но сейчас она, как никогда, ощущала исходящее от него душевное тепло, словно они уже соединились в одно целое. А ведь между ними даже близости ещё не было. — Я всё равно никуда от тебя не уйду. Просто не смогу.
При мысли о близости Марион невольно немного напряглась. Но нет, теперь отказывать ему — совсем уж свинство. Только необязательно же делать это прямо сегодня… Время уже позднее… Они оба хотят спать. Наверное…
Мягкие губы коснулись её губ. И вдруг мужчина повалил её на кровать, а сам оказался сверху. Марион опомниться не успела, только распахнула глаза.
— Ты до сих пор не призналась мне в любви, — с улыбкой укорил Зар.
— Ты тоже лишь один раз, — вернула она упрёк. Но потом прошептала, заливаясь краской: — Я люблю тебя.
— Я тебя тоже.
Горячие губы накрыли её рот. Марион обвила руками его шею, зарываясь пальцами в густых волосах. Истома прокатилась по всему телу. Марион застонала помимо воли. Ладно, может быть, и не стоит тянуть дальше, снова откладывать. Она хотела его нежных прикосновений… и жарких ласк… Безумно хотела! Тело горело и плавилось в руках возлюбленного.
— Это что за разврат?! — раздался визгливый голос, полный гневного возмущения. На пороге спальни стояла Элиза. — Дэвид! — истошно заорала она.
Боже, только не это! От стыда Марион захотелось умереть.
В тот же момент, ещё на вопле «Дэвид!» вдруг погасла свеча, горевшая в подсвечнике на тумбочке.
— Встань по ту сторону кровати и не двигайся, — прошептал на ухо Зар. — Бегом! — он чуть подтолкнул её рукой. Девушка не стала спорить.
Когда комната погрузилась во тьму, Элиза ненадолго опешила, но потом снова начала звать супруга.
Свеча неожиданно зажглась вновь.
— Миледи? — Зар, лежавший в постели уже в одном исподнем, удивлённо воззрился на ночную гостью. — Что вы делаете в моей спальне? Собирались меня соблазнить?! — мужчина говорил так громко, что его наверняка было слышно в коридоре.
Элиза лишь оторопело хлопала глазами.
— Что опять стряслось? — наконец появилось долгожданное для неё действующее лицо, то есть Дэрэлл. Заспанный и хмурый, с всклокоченными волосами.
Элиза развернулась к нему, вцепилась в руку.
— Разврат! Здесь был разврат! — зашипела она гневно. — Зак с этой шлюхой Марион…
Девушка вздрогнула всем телом, услышав, как её назвали.
— С Марион? — Дэрэлл изумлённо посмотрел на супругу. — Но я вижу здесь только Зака.
— Она была тут! — слезливо взвизгнула Элиза, топнув ножкой. — Спряталась куда-нибудь.
— Может быть, под кровать? — произнёс Зар издевательским тоном и жестом предложил ей посмотреть там самой. — Или в шкаф? — он, в одном нижнем белье, выбрался из постели и распахнул створки.
