Нежеланные часы (ЛП) полностью

Мои глаза трепещут, когда я открываю их; его глаза закрыты, длинные ресницы плотно прижаты к его коже, и я понимаю, что он говорит не со мной; он бормочет это себе под нос.

— Вайолет, — выдыхает он.

Он выдыхает мое имя.

Зик… выдыхает мое имя.

Мне так хочется расцеловать его красивое, задумчивое лицо. Поцеловать его хмурые морщинки. Прижаться гладкой щекой к его грубой щетине. Я так сильно хочу, чтобы он убрал свои руки от моего лица и положил одну между моих ног, просунул её между бедер к ноющему влажному месту, которое заставляет меня хотеть стонать.

Но он этого не делает.

Его руки остаются над моём лице. Наши губы все еще слиты воедино, руки Зика двигаются от моих волос к подбородку.

Серые радужки опускаются, чтобы встретиться с ореховым, лбы прижаты друг к другу, подушечки больших пальцев медленно поглаживают уголок моего рта.

Нет, не гладят. Запоминают мой рот.

Мои губы.

Чары рассеиваются, когда в моем доме зажигается свет.

Ванная комната.

Это значит, что, по крайней мере, одна из двух моих соседок не спит.

Конечно, он первый отстраняется. Отодвигается. Широкие плечи с тяжелым стуком ударяются о сиденье водителя. Массивные ладони, которые только что были на моем теле, бегают вверх и вниз по его лицу, и он дергает свои черные как вороново крыло волосы, пока они не растрепываются.

Смотрит в лобовое стекло.

А потом:

— Браслет не имеет большого значения, Вайолет.

Почему он продолжает это говорить? Почему он не смотрит на меня? Не прошло и трех минут, как он шептал мое имя…

Я так запуталась.

— Н-не имеет? — Мой голос такой тихий, такой тихий и разочарованный. Я тереблю новый браслет на бледном запястье.

— Нет.

Нет. Нет. Он всегда говорит «Нет», да?

Я опускаюсь на свое место, хватаясь за забытую шкатулку для драгоценностей, упавшую на пол. Кручу пальцами, чтобы достать ее из под коврика, собирая при этом сумочку.

—Я-я думаю, мне лучше зайти внутрь.

Во дворе темно. Без уличных фонарей, этот район выглядит подозрительно. В моем доме темно, если не считать единственной горящей лампочки на восточной стороне крошечного ветхого домика.

Очевидно, он не собирается провожать меня до двери. Наша ночь закончилась и больше не повторится. Я уверена в этом так же, как в собственном имени.

Мое лицо пылает от унижения, хотя я знаю, что мне нечего стыдиться.

Дыши глубже, Ви. Дыши. Глубже.

— Спасибо за прекрасный вечер и за браслет.

Он кивает в темноте.

Чувствуя легкое уныние, я откашливаюсь.

— Спокойной ночи, Зик.

— Мелинда, ты не спишь?

Я вхожу через заднюю дверь, снимаю пальто и вешаю его на крючок, который моя соседка Мелинда сама вбила в стену.

— Нет, это я. Мэл с Дереком.

Не успеваю я войти в дом и на три фута, как моя соседка Уинни бросается на меня, отпуская прозрачные занавески гостиной, и отходит от окна.

Пронырливая шпионка следует за мной по темному узкому коридору в мою спальню.

— Кто это был? — Она без колебаний усаживается в изножье моей кровати, взбивает подушку, чтобы устроиться поудобнее. — Серьезно, кто этот парень?

— Его зовут Зик Дэниелс. Мы были на благотворительном вечере…

— Бззз! Тайм-аут. — Она издает звук зуммера, держа руки в универсальном знаке «тайм-аут» и раздражающе похлопывает. — Воу, воу, воу, Ви, не так чертовски быстро, — прерывает она, ее широко раскрытые глаза огромны. — Зик Дэниелс? — Ее горло слегка гудит, когда она постукивает себя по подбородку. — Почему это имя кажется мне знакомым?

Я поднимаю плечо.

— Он спортсмен. Борец. Я обучала его несколько раз, и он нуждался в услуге, поэтому я пошла с ним на…

— Бзззз. Назад, — снова перебивает она. — Ты его обучала? Когда это было? — Внезапно ее телефон включается, и она яростно стучит по экрану. — З—И—К... А, вот оно. — Длинная пауза. — СВЯТОЕ ДЕРЬМО!

Она переворачивает телефон и тычет им в мою сторону.

— Это тот парень, которого ты только что целовала в грузовике? Этот парень? Святое дерьмо. — Уинни сует телефон мне прямо в лицо, показывает фотографию Зика в Айовском борцовском комбинезоне, руки на бедрах и хмурое лицо. Его имя в верхнем левом углу, статистика ниже. Вес, рост. Рекорд. Родной город.

Прежде, чем она успевает выдернуть телефон, я успеваю заметить широкие плечи, выпуклые бицепсы и щетину на его подбородке, он не побрился для съемок в команде.

Я ставлю себя на место Уинни, вижу Зика сквозь ее линзы. Красивое нахмуренное лицо, черные ресницы над бесстрастными глазами.

— Вот это да. Он горячий. Супер-горячий. Просто... вау. У меня нет слов. Круто. — Она смотрит на меня так, будто видит впервые. — Это так на тебя не похоже, Ви.

Мое лицо пылает, потому что она права: я никого не целую, не говоря уже о парнях, похожих на Зика Дэниелса.

Уинни продолжает стучать по телефон, я уверена, гуглит и инстаграммит его. Она всегда так делает — ищет информацию.

— Ого, — говорит она нерешительно. — Не пугайся, но я нашла его в Campus Girl.