Нежеланные часы полностью

Я поворачиваюсь к нему. Беспомощно пожав плечами, позволяю его взгляду скользнуть по моему платью. Голубая туника с длинными рукавами доходит до середины бедра. Ноги, на бритье и натирание увлажняющим кремом которых я потратила десять минут, шелковистые и гладкие. Бежевые полусапожки добавляют три дюйма к моей миниатюрной фигуре.

Изящная серебряная буква «V» болтается у меня в середине груди.

Это не самый сексуальный барный наряд, но он короткий и кокетливый, и мне в нем удобно. Действительно, прикрывает всю кожу, кроме моих ног.

Зик скользит своими прищуренными глазами вверх и вниз по моему телу, наклоняется вперед, его ладонь касается моего предплечья.

— После вчерашнего я все еще чувствую себя придурком.

— Ты вел себя как ч-член.

Отлично, Вайолет, член — самое подходящее слово для заикания. Настоящая классика.

— Ты красиво выглядишь.

— Неужели? — В смысле, я не красавица... я знаю это, я не дура. Я знаю, что парни думают, что я милая, знаю, что им нравятся мои светлые волнистые волосы и странные карие глаза.

Но в том-то и дело, что я симпатичная, а не сексуальная. Хорошая девочка по соседству, а не отполированная девчонка из женского общества, не та, с кем флиртуют. Девушки, которые появляются на его борцовских встречах, все полуголые и в полной боевой раскраске.

Как и девушки в этом баре.

Как и мои соседки по комнате, у которых обрезаны рубашки и узкие штаны.

Музыка бьет вокруг нас басами. Темно и грязно, и ему приходится придвинуться еще ближе, чтобы услышать, как я говорю:

— Ты думаешь, что я выгляжу красиво?

Он выгибает одну из своих темных бровей.

— Ты же это знаешь.

Моя голова слегка качается.

— Ты так со мной не разговариваешь. Ты не говоришь такие вещи.

Нет, обычно он рычит, как медведь.

— Может быть, я не знаю, как.

Я наклоняю голову, чтобы рассмотреть его.

— Сколько пива ты выпил?

— Три.

— Три?

— Да, три. Но я остановлюсь, если ты хочешь.

— Ты уже большой мальчик. Я не собираюсь говорить тебе, что делать, – хихикаю я.

Он язвительно смеется.

— Иногда, Вайолет, мне кажется, что я позволяю тебе.

— Э-э.. — Это лучшее, что я могу придумать.

— Иногда, Вайолет, мне кажется, что я позволяю тебе водить меня за нос, как большого чертового дурня.

— Я-я... не хотела.

— Нет? — Он настроен скептически.

— Нет. — Я застенчиво опускаю голову. — Мне бы не хотелось водить тебя за нос. Я бы никогда не хотела, чтобы ты чувствовал, что я тебя использую.

— Используешь меня? Ты? Вайолет, посмотри на меня. — Он берет меня двумя пальцами за подбородок, и я смотрю в его хрустальные радужки. Его завораживающие, странного цвета глаза. Губы изогнулись в восхитительной улыбке.

Ухмылке.

— Используй меня так, как хочешь.

Я смотрю, как эти полные, сексуальные губы произносят слова, и чувствую, как все мое тело нагревается. Накаляется.

О. Мой. Бог. Он не говорит о том, чтобы я водила его за нос, как большого чертового дурня. Он говорит о своем теле; я могу сказать это по тому, как его зрачки расширяются под светом. Пр его раздутым ноздрям.

Зик Дэниелс со мной еще не закончил.

Мы не закончили друг с другом, ни в коем случае.

Вот только я не очень-то умею флиртовать. Я понятия не имею, что сказать или что делать с этим рослым, задумчивым мальчиком передо мной, который внезапно стал похож на самого себя.

Мальчиком, который слишком много думает и все делает целенаправленно.

Я так хочу поцеловать этого мальчика, что у меня будут болеть губы, если я этого не сделаю.

Музыка вокруг нас становится тихой, медленной и сентиментальной, я думаю, это хэвиметалл, группа из начала 90-х, но это баллада, и яркие огни становятся тусклее. Огни над импровизированным танцполом мерцают. Пара байкеров и студенты колледжа танцуют. Раскачиваются.

— Наверное, мне стоит вернуться к друзьям. Я уверена, что они ищут меня.

Его нос касается моей щеки, когда его губы находят мое ухо.

— Ты должна знать, что этот бар небезопасен, Вайолет. Ты не должна разгуливать в одиночестве. Ты даже не должна быть в таком месте.

— Где же мне тогда быть? — Мои длинные ресницы трепещут. Губы покалывает от нашей энергии.

— Не здесь.

— Ты здесь.

— Верно, но мне было бы спокойнее, если бы ты была дома, в безопасности.

— Я здесь с компанией друзей, так что все в порядке. — Чтобы убедить его, я указываю на Дерека, парня Мелинды, который встряхивает напиток между двумя серебряными чашками в одном из главных баров. Мел и Уинни топчутся на месте, поглядывая в мою сторону.

— В порядке? Вас только трое! Ты бы не смогла дать отпор ни одному из парней в этом баре, даже если бы он был весь в твоем дерьме.

— Весь в моем дерьме? — Я смеюсь, скрестив руки на груди и постукивая пальцами по ноге. — Перестань быть таким властным, Зик.

Его глаза расширяются.

— Властным?

— Н-никто никогда тебя так раньше не называл? В это очень трудно поверить, — усмехаюсь я.

Из его носа вырывается фырканье.

— Всё, что меня интересует, что ты могла бы выбрать место получше. Не теряй бдительности, поняла? Слишком много гадостей происходит, когда никто не смотрит.