— Если раньше я ничего не говорил, то слушай сейчас. Если дело дошло до драки, то, — в моих мыслях лаконично звучало продолжение мысль: «то твое первое заклятие должно быть Авада Кедавра», но такое продолжение не годилось. — То бей противника так, как будто ты должен ему целое состояние.
Гарри смотрел на меня не в меру большими зелеными глазами. Кажется и этот совет не особо хороший.
— То есть я хочу сказать, раз уж драка завязалась, а правда на твоей стороне, то не поддавайся.
— Но правда была на стороне Драко — его обсмеяли из-за моей выдумки, — понуро заметил брат.
— Тогда извинись, — пожав плечами, предложил я, кажется, первую полезную мысль за весь день.
Ребята, разумеется, помирились, чему очень поспособствовали совместные отработки у Филча. Мне даже иногда казалось, что коридоры школы стали намного чище после этих самых отработок. Пока мой брат наводил лоск в школе, я продолжал свои прерванные поиски боггарта.
К несчастью для меня у Люпина был настоящий нюх на этих существ, он неделю за неделей притаскивал их на практические занятия. К счастью же для меня процедура избавления от них так нравилась ученикам, что до нашего курса еще не дожил ни один боггарт. Поэтому я удвоил свои усилия. Ведь однажды удача точно от меня отвернется и боггарт доживет до нашего урока. А мне бы совершенно не хотелось, чтобы выйдя из шкафа посереди класса, он превратился в Волдеморта или, еще хуже, в Гарри или бы оттуда вывалилась мертвая Флер.
Мои многодневные изматывающие поиски совершенно неожиданно увенчались успехом. Я убегал от Филча и его кошки, когда дернув дверь одного из заброшенных классов в подземельях, столкнулся сам собой. И надо сказать, что тот второй я выглядел как взрослый Гарри Поттер времен своей последней прогулки на эшафот. Вот тебе и жизненный парадокс: мое самое заветное желание стать Гарри Поттером, мой самый большой страх стать Гарри Поттером. Все так глупо вертится вокруг моей прошлой жизни.
Подняв волшебную палочку, чтобы справится с боггартом, я подумал о том, что в клоунском костюме с красным носом я буду смотреться довольно комично. Но магическое существо, будто только сейчас заметив и почувствовав меня, чуть отплыло и стало видоизменяться. Отпустив руку с волшебной палочкой, я с интересом наблюдал за этим процессом. Как и тогда, когда миссис Уизли пыталась уничтожить боггарта в поместье Сириуса, существо слегка расплылось, прежде чем принять свой окончательный вид. Вид, который по-настоящему меня обрадовал и напугал. Боггарт превратился в дементора. Это было немного странно с учетом того сколько времени я провел в месте охраняемом ими. Но это было логично, ведь я умер из-за них.
Правда только через несколько минут я понял, что для того, чтобы победить эту тварь, нужен заступник и хоть я и был уверен, что у меня есть достаточно хороших воспоминаний, чтобы его вызвать, я струсил и отступил, убежав из коридора, оставив магическое существо на воле.
Приближалось Рождество, а я все еще ходил вокруг да около. Никак не мог заставить себя зайти в выручай-комнату и создать патронуса. Это был абсолютно иррациональный страх, ведь я довольно сильный волшебник и у меня обязано было получиться. Но в мозгу пульсировала всего одна единственная мысль, базирующаяся на прочитанной где-то информации о том, что у сидевших в Азкабане волшебников не получается создать заступников. Там была и еще какая-то информация, объясняющая это явление, но ее я уже не помнил.
— В последнее время ты излишне задумчивый и дерганный, Джаспер, — заметила Ника, когда ей надоело наблюдать за возбужденно высчитывающим что-то Натаном. У него снова был прилив вдохновения, должно быть в преддверие праздников.
— Просто размышляю о то какая не досада, что до нас так и не дожил ни один боггарт, — попытался отшутиться я, но по скептическому выражению лица Ники понял, что не особенно получилось.
— Вы что с Флер поссорились? — почему все всегда делают такой вывод?!
— Нет, у нас все хорошо, я уже почти простил ее за попытки управления мной, — так же любезно, как Снейп дает баллы гриффиндорцам ответил я.
— Гарри и Драко помирились, у тебя нет причин быть настолько вымученно задумчивым, — любезно оповестила меня Доминика, но, заметив хмурое выражение лица у Натана, поспешила подойти к нему. На этот раз период вдохновения длился недолго. Смотря за тем, как Доминика пытается уберечь записи от стремящегося их спалить парня, я хмыкнул, а ведь она права — у меня нет причин быть неуверенным. Неверие в себя это первый шаг к проигрышу. Поэтому я направился в выручай-комнату.
