– Было слишком темно, я почти ничего не видел.
– Но ты ему хорошенько врезал, да? Скажи, что ты ему врезал.
– Подходите, кто хочет добавки! Мы сворачиваемся, – закричал ответственный за полевую кухню.
– Черт, я хотел добавки, – сказал Джоуи. – Ну ладно. Что ты сделал?
Обри пожал плечами.
– Вырубил его. А ты что думал? – Он отряхнул ладони от грязи. – У меня не было оружия, но я хорошенько его приложил. Думаю, он надолго это запомнит.
Что ж, похоже, только
Джоуи съел еще одну ложку супа и взял в руки револьвер.
– Таких в армии не бывает, – повторил он. – Это кольт. Модель 1910.
– Когда ты заделался экспертом по оружию? – спросил Обри.
– С тех пор, как попал на войну, идиот.
Он провел пальцем по шершавой поверхности револьвера. Револьверы «Смит-и-Вессон» выглядели изящно и старомодно, с плавными серебристыми изгибами и деревянными ручками. А это оружие было жестоким и уродливым.
– Такие выдают морпехам, – сказал он.
Честно говоря, Обри не особо заботило, к какому роду войск относился его вчерашний незнакомец. У пятнадцатого пехотного полка и так было предостаточно проблем с армейскими фанатиками.
– Что ты будешь делать с кольтом?
Обри повертел револьвер в руках.
– Лишний ствол всегда пригодится.
Джоуи внимательно посмотрел на друга.
– Ты собираешься рассказать об этом капитану Фишу, не так ли?
Обри пихнул его в бок.
– Ты шутишь? Я ушел после отбоя – за такое могут судить. Еще и к белой девушке! Ну уж нет.
– Слушай, ты не можешь просто притвориться, что ничего не было. Нужно найти какой-то способ об этом доложить, – он наклонился ближе. – Этим утром я говорил с ребятами из роты «М».
Обри кивнул.
– И что?
– Сегодня похороны одного из их парней, – прошептал Джоуи. – Какой-то Джефф, фамилии не знаю. Родом из Бруклина. По словам их капитана, он умер от простуды, но ребята из роты «М» в это не верят. Он был совершенно здоров и вдруг исчез. Один из них поклялся капитану, что никому об этом не скажет, но он нашел тело Джеффа. Его задушили. Они думают, это сделали морпехи.
У Обри пересохло во рту.
– Не может быть.
– Ты знаешь, что может, – сказал Джоуи. – Ты же был в лагере Уодсворт и в лагере Дикс. Или тогда ты тоже был слишком занят тем, что бегал за девушками?
– Рота «К»! Внимание! – рявкнул капитан Фиш. – За работу. Эти пути сами себя не проложат, и нам еще многое предстоит сделать.
Они собрали остатки супа со дна своих мисок и застегнули куртки. Очень скоро они опять вспотеют, но пока им необходимо было тепло.
Джоуи схватил Обри за локоть и прошептал ему на ухо:
– Об, эти парни из роты «М» говорят, что собираются мстить. Глаз за глаз.
«Мы кусаемся». Обри сглотнул.
– Я здесь для того, чтобы сражаться с немцами, – прошептал Джоуи. – За демократию. Но они хотят развязать войну прямо тут, в Сен-Назере. Из-за глупости.
Надпись на коричневом конверте гласила:
Конверт выглядел очень официально.
Внутри было письмо от ее матери и еще два – от Джеймса, которые он отправлял в Поплар.
Я бы ни за что не стала клеветать на Хейзел, поэтому хочу сообщить, что первым она открыла письмо матери. Но я так же не хочу врать, поэтому должна добавить, что девушка пробежала его глазами так быстро, что почти не разобрала слов.
Затем, она открыла письма Джеймса, сравнила даты и начала читать.
