– Валентина, – заговорил Хосе, и каждое слово давалось ему с трудом. – Ты, наверное, думаешь, что я только и жду, когда избавлюсь от тебя. Так ты ошибаешься… Ты и представить себе не можешь, как ужасает меня мысль о том, что я могу тебя потерять. Ты хоть понимаешь это?
– Да, понимаю.
– А вот никто больше этого не хочет понять…
– Что ты имеешь в виду? – спросила Валентина.
– Не что, а кого, – поправил ее муж. – Я имею в виду твою мать. Только что мы виделись в столовой…
– Перестань… – поморщилась Валентина. – Я уверена, что ты ее неправильно понял.
Хосе не хотелось ей возражать.
– У меня какое-то дурацкое чувство… – Он растерянно взглянул на жену. – Я пришел, чтоб утешить тебя, ободрить, а получилось так, словно мы прощаемся…
– А так оно и есть, – спокойно сказала Валентина.
– Но я пообещал твоей матери, что поговорю с тобой… чтобы ты не смела думать о смерти!
Валентина улыбнулась краешком губ.
– Моя мама забыла, что по некоторым причинам я могу вообще отказаться тебя слушать.
– По некоторым причинам… – повторил Хосе. – Как ты это осторожно сказала: «По некоторым причинам…» Я просто испортил тебе жизнь… Да, Валентина, я испортил тебе жизнь, потому что обманывал тебя.
– Не нужно об этом, Хосе… – попросила Валентина. – У нас были трудности, но было и время, когда мы любили друг друга. – Внезапно она широко раскрыла глаза и воскликнула: – О Боже!
– Что случилось? – встревоженный Хосе приблизился к кровати и сел на край.
Валентина тронула его за галстук.
– Где ты его нашел? – Она разволновалась не на шутку.
– Он тебе не нравится? – Хосе опустил глаза и взглянул на галстук.
– Это тот самый, который я когда-то купила тебе! Понимаешь, первая моя покупка…
Конечно, Хосе выбрал галстук случайно, но признаться в этом сейчас не захотел. Больше того, ему было жаль, что сам он забыл про этот подарок жены и не подумал надеть именно его!
Валентина сияла.
– Как мало надо, Валентина, чтобы доставить тебе радость, – пробормотал Хосе. – Почему-то раньше я не замечал этого.
– Хосе, как хорошо… – Валентина взяла его за руку. – Мы с тобой сидим и нормально разговариваем… Это так много значит! Мы по-прежнему можем одинаково чувствовать и понимать друг друга.
Хосе тепло улыбнулся в ответ, пожав руку жены. Валентина прикрыла глаза.
– Знаешь, я страшно устала, – прошептала она. – Я постоянно теряю силы, и не могу понять, отчего. Меня это пугает. С каждым днем мне становится хуже.
Хосе слушал, боясь пропустить хоть слово.
– Пообещай мне… – последние слова Валентина произнесла с нажимом. – Пообещай, что не бросишь детей, и я смогу умереть спокойно.
Комок подступил к горлу Хосе. Превозмогая слезы, он ответил:
– Перестань, Валентина… Не говори так! Ведь все хорошо, мы с тобой помирились, ты поправишься, и мы снова будем жить вместе, вместе растить детей.
Валентина положила свою ладонь на руку мужа.
– Не нужно притворяться, Хосе, будто ты веришь в это. Со мной все ясно. Меня старались вылечить доктор Хорхес и доктор Альдо. Кажется, они неплохие врачи… Но ты посмотри на меня…
– А вот твоя мать не верит ни Хорхесу, ни Альдо, – загорячился Хосе. – И ты раньше, насколько я помню, разделяла мнение матери. Во всяком случае, мы теперь решили обратиться к самым лучшим специалистам.
Валентина нетерпеливо перебила мужа.
– Хосе, сейчас не время говорить обо мне… Я уже сказала: со мной все кончено. А ты не хочешь меня слушать…
– Не хочу, – подтвердил муж.
– Тогда хотя бы выполни мою просьбу, вернее, желание…
– Какое желание?
Валентина собралась с духом.
– Я не хочу, чтобы мои дети жили под одной крышей с этой… твоей Росой…
– Валентина, – простонал Хосе. – Во-первых, Роса совсем не такая уж плохая… А во-вторых, я ведь говорил тебе, что порвал с ней…
Валентина словно не слышала мужа. Она устремила взгляд в окно и почти беззвучно прошептала:
– Если откровенно, Хосе, то меня беспокоит, как ты с ними будешь справляться. Ведь воспитывать детей – очень нелегко. Тем более троих.
– Валентина, но ты поправишься, и мы вместе будем их воспитывать…
Она жестом остановила его.
– Ты снова о том же. Но представь себе, что остался один с детьми. Как и что ты будешь делать?
Хосе задумался. Какое-то чувство подсказывало ему, что торопиться с ответом не следовало. Наконец он с любовью посмотрел жене в глаза.
– Хочешь, я скажу тебе чистую правду?
Валентина едва заметно кивнула.
– Наверное, я не справился бы, – признался Хосе. – Но без моих детей мне будет очень тяжело.
Чуть заметная улыбка тронула губы Валентины.
«Что поделаешь, – подумала она. – Он эгоист, как и все мужчины».
Она легонько сжала руку мужа.
– Хосе, у меня к тебе просьба.
Он наклонился к жене.
– Какая?
– Прошу тебя, приведи ко мне детей. Я хочу поговорить с ними. – Валентина немного помолчала и добавила: – Потом у меня уже не будет сил…
Хосе прикусил губу, удерживаясь от слез.
– Хосе, пожалуйста, сделай, как я прошу… И не нужно, чтобы ты или мама присутствовали при этом… при нашем разговоре… Я люблю вас всех, но я должна поговорить с детьми. Это очень важно! А теперь иди… Дай мне отдохнуть…
