– Ну, не то чтобы, но все же из-за меня ему пришлось ехать обратно через весь Лондон – да еще в такой день, когда на дорогах царил хаос из-за снегопада! К нам даже доктор опоздал.
– И как, мистер Мейнелл принял ваши извинения?
Она снова улыбнулась – мягко, с намеком на тайну, как свойственно беременным:
– Да. Он просил меня передать наилучшие пожелания отцу и обязательно вернуться сюда с малюткой, – она указала взглядом вниз, – когда-нибудь в будущем.
Внезапно изгнаннику захотелось быть беременной женщиной на сносях, по праву занимающей свое место в мире.
– Ну что ж, – он быстро взял себя в руки, – вы обязательно должны вернуться, да поскорее – теперь, когда ваша золовка, милая Элинор, так часто бывает в Рэкхэме. Она, кстати, рассказывала мне, что иногда навещает вашу сестру – миссис Бэйнс, не так ли? – в Уисбеке. Да, вы все вместе должны обязательно очень скоро приехать в Грейтэм. Погода стоит прекрасная, и в «Колонии» много места. У нас с миссис Лоуренс две комнаты для гостей, и они часто пустуют.
– Элинор обязательно будет наезжать в Грейтэм, и я, возможно, в самом деле составлю ей компанию. Новейшая пьеса Берти пользуется большим успехом, и он часто занят, а мне будет не хватать общества, если я останусь дома одна с ребенком. Роз просто обожает эту часть Сассекса… – Она запнулась, слабо улыбаясь. – Впрочем, боюсь, для нее и доктора Бэйнса момент не совсем удачный.
К концу вечера он вытянул нужные сведения из Герберта, драматурга. Берти был общителен и, похоже, знал всё про всех. Он внушал доверие к себе, выглядел надежным человеком и очень понравился изгнаннику, хоть и разговаривал чрезмерно аффектированно. Он был такой же приятный, как его сестра Элинор.
Вместе с Берти подкладывая дрова в огонь, Лоуренс незаметно перевел разговор на пресловутых Бэйнсов. Гостиная коттеджа была слишком мала для всей компании, и Мэделайн решила после ужина вывести гостей наружу и усадить вокруг костра.
Берти вполголоса признался, что Бэйнсы чрезвычайно несчастны в браке. Доктор Бэйнс, красивый крепкий мужчина – ростом шесть футов четыре дюйма без обуви – никогда не умел (Герберт понизил голос) «держать себя в руках». Флирт. Интрижки. С женщинами. С мужчинами. Он просто обожает, когда его обожают, и при этом сам чрезвычайно привлекателен.
Изгнанник приставил ладонь к уху, чтобы лучше слышать с другой стороны костра.
К несчастью, доктор Бэйнс вообразил, что влюблен в молодую женщину, которая работает при его клинике – выдает пациентам лекарства. Естественно, Бэйнс обожает Роз – она, с похвальной лояльностью зятя заметил он, «создана для того, чтобы ее обожали». Но при этом Бэйнс делает ее жизнь невыносимой, поскольку его клиника размещается в их доме, а кабинет, откуда выдают лекарства, прилегает к кухне. Роз неоднократно обнаруживала парочку «нежничающей». Она утверждает, что теперь, когда у них двое детей, муж больше ее не хочет.
Изгнанника охватило сварливое раздражение на привлекательных людей мира сего: Годвинов Бэйнсов, Фрид, многочисленных Кэтрин Мэнсфилд. Они приносят колоссальный вред своим непринужденным беспечным шармом. Однако в глубине души радостно забилась другая мысль. Муж Розалинды Бэйнс ее не заслуживает. Розалинда Бэйнс несчастна в браке.
Он пнул полено, возвращая его в костер. Вылетел сноп искр и отразился в очках Берти Фарджона.
Солнце садилось стремительно, и светлячки уже зажигали крохотные фонарики в высокой траве. Клумбы белых левкоев, посаженные Перси, волшебно светились, и вечерние примулы поднимали головки в сумерках.
Под покатой крышей коттеджа горело окно в детской. К костру подошла Мэделайн с блюдом хлеба и длинными вилками. Не могли бы Лоуренс и Берти поджарить этот хлеб для детей, прежде чем тех уложат на ночь?
Мужчины подтянули к костру чурбаки и уселись.
– Звучит невесело, – сказал Лоуренс, сделав подобающе серьезное лицо.
– Очень. Джоан ужасно переживает за сестру. Их отец, сэр Хеймо, жалуется нам обоим – на «дикую животную натуру» Бэйнса и на то, что он испортил жизнь его дорогой девочке.
Эти слова будут долго путешествовать по нервным контурам в мозгу изгнанника. Лет десять.
Берти продолжал:
– Сэру Хеймо не нравится то, что Джоан беспокоится за всех. А я в свою очередь беспокоюсь за нее.
– Особенно в ее нынешнем положении, – подхватил Лоуренс. – Она очень чувствительна, я сразу это понял, как только с ней заговорил. Сколько детей у Бэйнсов?
