В трапезной клуба «Тревеллерс», как обычно, стоял тихий гул голосов: ведущие высокопоставленные сановники и дипломаты мира беседовали между собой в укромной обстановке. Началось новое десятилетие, но на клуб «Тревеллерс» по-прежнему можно положиться – здесь блюдут традиционные ценности, на которых стоит страна: учтивость, хорошие манеры – и умение действовать тихой сапой.
Что, если племянника – будем называть его Мэтью-младший – внедрил в «Тревеллерс» дядя, сам генеральный прокурор? Что, если он действительно хочет отпугнуть
Но вообще – кажется, романы, если уж на то пошло, недостойны внимания генерального прокурора? Одно дело – роскошные частные библиотеки людей из круга сэра Тоби, ведь культурным, ученым людям многое позволено. Но дешевое популярное издание в мягкой обложке, по цене три шиллинга шесть пенсов – едва ли дороже, чем фунт бекона, – совсем другое дело. Британские домохозяйки смогут купить эту книгу на деньги, которые муж выдает им «на булавки». Горничные в чепцах станут передавать ее друг другу на черной лестнице. Мальчики в частных школах будут листать засаленные страницы в спальнях по ночам.
На семейном гербе Мэтью красовалось мифическое животное с выпущенными когтями. Мэтью-младший заказал вырезку из оленины.
– Похоже, – сказал он показательно небрежным тоном, – мой дядя намерен возбудить дело.
Тони Роу в это время смотрел в меню и не побледнел.
Сегодня самый длинный день в году, и если спросить сэра Теобальда Мэтью, это чувствуется. Его стол завален входящими бумагами, и он едва ли может отвлекаться на какой-то роман. Аллен Лейн мог бы попросту напечатать эту чертову книгу втихомолку по частной подписке, задорого, и не заставлять контору сэра Тоби заниматься такой чепухой. А теперь сэр Тоби официально вынужден делать вид, что его заботит моральный облик нации и падение нравов среди юнцов, обладающих карманными деньгами.
Вот докука.
Он с силой выдыхает воздух и отправляет раритет, сигнальный экземпляр нового издания «Пингвина», советнику Короны[50] в Олд-Бейли, Мервину Гриффиту-Джонсу. Он запрашивает профессиональное мнение Гриффита-Джонса: «Стоит ли нам тратить на это время?»
У Гриффита-Джонса отличный послужной список по судебным делам, связанным с непристойностью: на его счету уже четыре книги. Еще он чрезвычайно выразительно изъясняется. Он отвечает: «Если у меня встанет, будем возбуждать».
На следующей неделе он перефразирует это для протокола: «Я считаю, что неподцензурная версия „Любовника леди Чаттерли“, с сигнальным экземпляром которой я ознакомился, является непристойной, и возбуждение судебного дела против публикации непристойной книги оправданно»236.
Книга, попавшая к нему в руки, – сигнальный экземпляр от издателя, одолженный сэром Тоби. Ее происхождение остается загадкой. Как она попала к сэру Тоби? Давайте попробуем проследить ее путь от конца к началу.
Издателей обычно не просят предоставить бесплатные копии книг будущим обвинителям на всякий случай, вдруг тем захочется возбудить уголовное дело. Нельзя требовать от ответчика по делу, чтобы он способствовал процессу против самого себя.
