– Каков мерзавец! – выругался он, разглядывая ее лицо. – Я убил бы его за то, что он сотворил с вами, если бы этот негодяй не был уже мертв.
– Я сама убила бы его, – сказала Фрэнсис и заметила выражение лица Чарльза при этом их обмене репликами.
Кажется, она опять шокировала его…
– Вот ваша Ориана, – Пьер просунул в коляску клетку с птицей.
Ориана клекотала от нетерпения, и Фрэнсис засмеялась, дотягиваясь до своей подруги.
– Иди ко мне, моя девочка! – запела она, открывая дверцу клетки.
Ориана выскочила, уселась на ее плече и сразу принялась чистить перышки. Между тем Луи наклонился к уху Фрэнсис и, подозрительно косясь на Чарльза, прошептал:
– Когда вас похитили испанцы, пришло известие – человек, которого ваш дядя посылал в Испанию, в скором времени прибывает в Париж. Вы должны доставить ожидаемое донесение королеве.
Выслушав Луи, Фрэнсис побледнела. Может ли она сказать об этом Чарльзу? Фрэнсис боялась, что, когда они приедут в Париж, Чарльз сразу обратится к английскому послу и это нарушит все ее планы. Нет, новость о гонце должна подождать. И кроме того, она вообще не хотела вовлекать Чарльза в свои дела. Он и так достаточно натерпелся из-за нее.
– Почему ты не сказал мне об этом раньше? – с досадой спросила она Луи. – Осталось всего два дня!
– А когда, по-вашему, у меня была такая возможность? – огрызнулся Луи.
– До чего это осталось два дня? – поинтересовался Чарльз.
Фрэнсис подняла глаза и встретила его подозрительный взгляд.
– Через два дня будет четверг, – весело ответила она, быстро овладев собой.
– Ну и что? Что вы задумали?
– Тебе не хочется пить, Луи? – Фрэнсис, не обращая внимания на вопрос Чарльза, обернулась к мальчику. – Может, нам сходить к роднику?
– Только после того, как он объяснит нам, куда мы едем! – Луи воинственно посмотрел на Чарльза. – Эта дорога не на Париж. Хотел бы я знать, куда он нас везет.
Фрэнсис повернулась к Чарльзу, озадаченная таким оборотом дела.
– Вы ведь говорили, что мы едем в Париж! Почему же вы…
– Отправляйтесь к роднику, вы, маленькие разбойники, и принесите воды.
Чарльз подтолкнул Луи к дверце коляски. Мальчик проворчал что-то себе под нос, но спорить не стал. После минутного колебания Пьер и Луи двинулись через поле, а Чарльз встал у дверцы, предупредив попытку Фрэнсис последовать за ними.
– А теперь отвечайте, что произойдет через два дня? – потребовал он.
– Чарльз, – Фрэнсис нервно облизала губы, – куда мы едем, если не в Париж? Мы ведь должны ехать в Париж, не так ли?
– Конечно, – согласился он. – И скоро мы туда отправимся. Но сейчас у меня на уме кое-что другое.
– Я вижу, – нахмурилась Фрэнсис. – И я хочу знать про это «кое-что». Или вы готовите новый сюрприз?
– Я расскажу вам, когда вы откроете мне, что произойдет в четверг, – отрезал Чарльз.
Фрэнсис надменно отвернулась от него. Пусть знает, что она может быть не менее упрямой!
– Хорошо, в таком случае ответьте мне на другой вопрос. Что вы намерены делать в Париже? Я не уверена, что мы должны являться в английское посольство. Везде полно шпионов, если мы это сделаем, испанцы узнают немедленно. Нам лучше укрыться в логове мальчиков, и хорошо бы направиться туда незамедлительно.
– Решать, куда и когда мы едем, буду я! И напрасно вы думаете, что я соглашусь ночевать в какой-то грязной трущобе.
– Вы просто не любите их, – упрекнула его Фрэнсис. – Ну, еще бы! Они ведь не потомки знатных родов…
– Не в этом дело! Они – воришки и попрошайки. Я не понимаю, почему вы не протестуете против рода их занятий. Разве вы не знаете, чем они зарабатывают себе на жизнь?
Фрэнсис с удивлением посмотрела на него.
– Я протестовала. И довольно часто. Но они пока что не готовы начать вести другую жизнь. Я стараюсь перевоспитать их, но постепенно.
– Каким же это образом?
– Я учу их читать. И разговаривать по-английски.
– По-английски? Зачем? Уж не собираетесь ли вы взять их с собою в Англию? Если так, то я вам не помощник. Что они будут там делать? Их дом – Париж!
– Их дом там, где я, – с достоинством возразила она. – Разве можно бросить мальчиков на произвол судьбы? Я хотела просить разрешения взять их с собой, когда вы только появились, но у меня не было такой возможности.
К ее огорчению, на лице Чарльза появилось непреклонное выражение.
– Вы сами не понимаете, о чем говорите! Они грязные, шумные, их манеры просто чудовищны. Они будут воровать повсюду, где нам придется бывать. Не говоря уже о том, что они связаны с компанией мошенников.
– Кажется, вы не возражали, когда Самуэл и Габи помогали вам!
– Тогда требовались решительные меры…
– Безусловно. Но существуют люди, вся жизнь которых требует решительных мер – иначе они давно погибли бы. Вы не знаете, что значит родиться для такой жизни, какая досталась им!
– А вы знаете? – резко спросил он.
– Я не испытала этого на себе, – призналась Фрэнсис. – Но я многое видела и могу себе представить, каково это.
– Я тоже могу, если понадобится, – проворчал Чарльз.
