Чарльз воздел глаза к потолку, когда Розалинда углубилась в пространные описания того, как отмывали мальчиков, с упором на выдающуюся роль, которую в этом деле играл Чарльз. Он знал, что, раз уж его сестра увлеклась рассказом, останавливать ее бесполезно, и решил поскорее ретироваться.
Когда он спускался по мраморной лестнице, его мысли обратились к мастеру Дикону и Арктурусу. Как бы хотелось ему сейчас оказаться в компании своего любимого сокола и старика, научившего его всем тонкостям соколиной охоты! Но он не мог уехать в Дорсет без разрешения королевы.
Ему хотелось увидеть мастера Дикона еще и по другой причине: обсудить с ним собственное состояние и попросить совета. Может быть, мудрый старик объяснит ему, как получилось, что он изменил своей священной клятве – оставаться холостяком?
Но до поры до времени Чарльз отогнал эти мысли и отправился на розыски Джонатана. Ему было о чем поговорить с братом.
– А, Чарльз, ты вернулся!
Чарльз прищурил глаза, увидев своего брата, стоявшего посреди тренировочной площадки. После долгих поисков он обнаружил Джонатана в самой модной лондонской школе фехтования. Большая крытая арена гудела множеством мужских голосов, здесь шли поединки на шпагах и эспадронах.
– Ты совершенно прав: я вернулся. Но не благодаря тебе.
Джонатан в последний раз со свистом рассек воздух шпагой и, отступив назад, поклонился своему тренеру.
– Мастер Жильбер, мы продолжим наши занятия позже. Мой брат хочет поговорить со мной.
– Я бы предпочел сразиться с тобой! – выпалил Чарльз. – Я зол на тебя, Джонатан. Настолько зол, что готов выпустить из тебя кишки и вывесить их на городской площади.
– Не понимаю, чем ты недоволен, – нахмурился Джонатан. – Но если ты хочешь сразиться – изволь. Жильбер, рапиру моему брату! – Он пристально посмотрел на Чарльза и добавил: – С наконечником на острие. Тут кто-то, кажется, жаждет моей крови.
– Немного твоей крови выпустить сейчас не помешало бы, – пробормотал Чарльз, сбрасывая свой камзол.
Спустя несколько минут он уже кружился вокруг Джонатана, легко двигаясь по деревянному полу с рапирой наготове, и высматривал наилучший угол для атаки. Они были примерно одного роста, только Джонатан на восемь лет старше и, следовательно, опытнее. Однако и у Чарльза было припасено несколько хитрых трюков для такого случая, а кроме того, он знал, что его брат менее подвижен. Предвкушая удовлетворение, которое получит от поединка, Чарльз чувствовал, как кровь у него закипела.
– Что случилось с твоим лицом, братец? – неожиданно спросил Джонатан, когда они приплясывали друг перед другом.
Чарльз сделал резкий выпад, заставив Джонатана отступить, чтобы избежать укола его рапиры.
– Я наткнулся на кулак испанца. – Он постарался вложить в свои слова максимум сарказма. – А если быть точным, то на кулаки четырех испанцев. Может быть, ты все-таки объяснишь, почему ни о чем не предупредил меня?
Он нанес Джонатану удар слева, но Джонатан парировал его; их рапиры стукнулись друг о друга, и оба заняли прежние позиции.
– Наверное, я должен был сказать тебе, – согласился Джонатан. – Но я надеялся, что ты встретишь мисс Морли, вы быстро уедете вместе и все будет в порядке. Мне очень жаль, что все пошло не так, как я хотел, но я думаю, причина в том, что ты опять опоздал.
Чарльз снова бросился в яростную атаку, придя в бешенство оттого, что брат верно определил причину. Их рапиры схлестывались, Джонатан защищался от резких выпадов брата, но сам предпочитал не атаковать.
– Согласись, что все сложилось к лучшему, – примирительно сказал он. – Твое столкновение с испанцами дало возможность мисс Морли получить последнее послание. Вы вместе сработали прекрасно.
– Возможно, тут ты прав. Но если бы я знал заранее, что представляет собой мисс Морли и чего можно ожидать от испанцев, мне было бы значительно легче. Кстати, ты уже говорил с Ее Величеством?
– Разумеется. Пока ты спал, мой мальчик.
– В следующий раз, когда будешь посылать меня на опасное дело, будь осмотрителен до того, а не после!
Чарльз снова резко выбросил вперед рапиру, и Джонатан снова увернулся от удара.
– Если тебе это не нравится, подай на меня в суд, – поддразнил он брата, приплясывая вне досягаемости его рапиры.
– На судебный процесс уйдет слишком много времени. Я предпочитаю действовать немедленно, – парировал Чарльз, чувствуя, что его охватывает азарт атаки. – Я сейчас вспорю тебе твою нарядную сорочку!
Джонатан бросил быстрый взгляд на свою сорочку, очень изящно отделанную белыми кружевами по белому фону.
– Только не это! Маргарет своими собственными ручками сшила мне эту сорочку. Я ее очень люблю.
– Считай, что ее у тебя уже нет!
Нахмурившись, Чарльз бросился в новую атаку. Делая ложные выпады и отражая удары, он гнал своего брата по арене, сражаясь с невероятной энергией, чтобы выплеснуть свою злобу. Их схватка вызвала всеобщий интерес. Кое-кто даже начал заключать пари – когда в сражении участвовали братья Кавендиши, ставки всегда бывали высоки. Вокруг стоял шум, слышались выкрики, поощрявшие обоих дерущихся.
