Наполовину прикрыв рот рукой, Брилл наклонилась и прошептала Коннеру на ухо:
— ОН здесь, Коннер… Я не знала до сегодняшнего дня… но… но это он… я смотрела ему прямо в глаза. Прошу, Коннер, мы должны покинуть это место!
Очевидно, не вполне понимая, кто такой этот «он», Коннер в растерянности слегка склонил голову набок.
— О ком ты говоришь? — нахмурившись, он обежал взглядом коридор, при этом его выражение быстро стало таким мрачным, каким Брилл его никогда раньше не видела. В обычно ярких изумрудных глазах Коннера загорелись хищные огоньки, живое веснушчатое лицо застыло в гримасе. — Эндрю… он здесь? Ты о нем говоришь?
— Нет… Коннер, послушай… ты не понимаешь. Мы должны уйти…
Неопределенно кивнув, тот сделал тщательно контролируемый вдох.
— Нет нужды убегать, Бри, — со странным спокойствием сказал он. — Просто покажи мне, где он… Я порву его в клочья голыми руками…
Вцепившись пальцами в руку брата, Брилл старалась вернуть его внимание.
— НЕТ! Я говорила не об Эндрю! Коннер… это… это…
Одна лишь мысль о злополучной встрече с бывшим другом вызвала в ней всплеск тревоги, способный пробить крышу. Реальность того, что было сказано, только начала полностью доходить до ее сознания. До сего момента Брилл действовала словно в тумане отрицания. Существовала некая ее часть, которая была не в состоянии охватить ситуацию целиком, но теперь сон закончился, и Брилл с пугающей ее саму категоричностью знала, что определенная часть ее жизни подошла к концу. Ее жизнь с Эриком была фарсом, и созданные ею фантазии наконец разбились на миллион осколков. Со слезами на глазах Брилл прижала руку к груди, пытаясь справиться с сокрушительной болью, с которой раскололось надвое ее сердце. В ушах у нее зашумело, мешая сосредоточиться на словах окружающих.
— Я чувствую себя не очень… не очень… — пробормотала она, слыша собственный голос словно издалека.
— Да бога ради! — прогудел откуда-то сбоку резкий голос. — Она же вот-вот упадет в обморок. Нам надо пойти куда-нибудь, чтобы она могла присесть.
Вздрогнув от неожиданного вмешательства, Коннер покосился на шагнувшую вперед Мэг, нервно стиснувшую руки перед собой. Он хотел было ответить, но застыл, когда сфокусировал взгляд на ее лице. Видимо, в этот момент он впервые по-настоящему увидел ее. Несколько мгновений эти двое молча смотрели друг на друга: Коннер с удивлением и сдержанным интересом, Мэг — насупившись и залившись румянцем. Потом Коннер кашлянул и отвел глаза. Моргнув несколько раз, он предусмотрительно нацепил убедительную игривую улыбочку.
— Разумеется, вы правы. Я повел себя как невежда, задавая столько вопросов и вынудив всех бесцельно стоять тут все это время. — Ласково взяв сестру под локоть, он наклонился вперед и тихонько спросил: — Можешь идти… ты бледная как смерть.
— Да, я могу идти… у меня просто кружится голова… как будто выбили почву из-под ног, — выдавила Брилл сквозь бескровные губы, беспомощно глядя на Мэг, беспокойно топчущуюся в нескольких футах от них. В ее и без того израненное сердце вонзился шип вины. «Я больше не могу ей лгать. Это слишком опасно… мое прошлое… она имеет право знать, кого назвала своим другом… она имеет право знать об опасности, которой грозит знакомство со мной».
— Где мы можем побыть наедине… чтобы никто на нас не наткнулся? Думаю, мне следует кое-что объяснить вам обоим, — выдохнула Брилл, слишком уставшая и эмоционально опустошенная, чтобы и дальше продолжать разыгрывать этот фарс.
Когда и Коннер, и Брилл посмотрели на Мэг, чье знание Оперы превосходило их собственное, та секунду подумала, а затем предложила:
— Есть одно место, куда никто не заглядывает. И оно укромное… и тихое. Но… но, э… ну, люди туда не ходят, потому что все еще считают, что там водятся привидения.
— Превосходно, — провозгласил Коннер, на мгновение отпустил сестру и повернулся, чтобы перенести свой саквояж через порог. Открыв его, он наклонился и извлек незапятнано-черный скрипичный футляр, потом, выпрямившись, перекинул через плечо длинный ремешок футляра и вернулся к сестре.
При виде того, как легко Коннер согласился с выбором места, насчет которого она сама явно не была уверена, на лице Мэг промелькнуло раздражение.
— Погодите, вы не понимаете. В прошлом году…
Пренебрежительно взмахнув рукой, Коннер обвил другую руку вокруг талии Брилл:
— Звучит превосходно. Показывайте дорогу, мадам.
Ощетинившись, Мэг возглавила их маленькую группу; ее пуанты шуршали по устилавшим пол деревянным панелям.
— Мадемуазель, месье, хотя вряд ли для вас это имеет значение, — отрезала она сквозь поджатые губы, мчась впереди них по коридору.
