– Пробовала, нет его нигде, не вижу.
– А как ты думаешь, если кольцо снять, а потом снова надеть?
Марина вскинула на Сержа осмысленный взгляд, который до этого блуждал по пустыне, рассматривая всё до мельчайших подробностей вплоть до отдельных камешков в радиусе километра.
– Ты сам придумал, или…
– А кто его знает, сам, или клоп подсказал? Короче, я снимаю.
– Давай! – Марина даже бросила вилку на стол и сложила руки, как первоклассница за партой.
Перстень снялся не сразу, пришлось повращать кольцо и даже лизнуть языком палец. Наконец он оказался в ладони. Ожидание длилось минуту. Кольцо не складывалось, хотя произойти это должно было тотчас же. Серж покрутил перстень, как будто видел его впервые. Потрогал серый квадратик, перевернул изделие, поскрёб внутреннюю поверхность, соскабливая грязь. Попробовал пошатать кольцо – оно стояло мёртво, как припаянное. Ну, обычное украшение, и никаких признаков чего-то необычного. Только квадратный экранчик – словно пластиковый или резиновый, и следов не оставляет никаких: ни отпечатков жирного пальца, ни царапин, ни рисок от касания вилкой. Правда, от этих манипуляций обоим стало как-то не по себе, словно не клопу, а себе в глаз тыкал Серж металлическим предметом.
Резким движением Полеха надел перстень на палец… Но не на средний, где он пребывал все эти дни и ночи. На безымянный.
Марина сначала подумала, что у кого-то из посетителей кафе заверещал мобильный телефон в кармане или сумочке – тихо-тихо. Потом… Потом, видя реакцию Сержа, она поняла, что это его клоп.
Серж взглянул на спутницу и кивком головы вызвал её на улицу. Впрочем, они и были на улице под розовым тентом, но ситуация потребовала отойти в сторонку подальше.
– Киса, чего у тебя там? – спросил несколько возбуждённый Полеха.
– Ничего, так же всё.
– Влево на запад, по солнцу смотри…
Марина зажала ладонью рот, явно увидев что-то в своей пустыне.
– Палец под перстнем как током слабеньким бьет, тихонечко так. И жук зашевелился.
– Как?
– Рука заныла, словно опасность какая-то, или готовность к чему-то, пока не знаю. Такое два раза было. С Коляном – ну там понятно: приготовься, мол, сейчас отстреливаться будем. А второй раз, когда воронку осветил.
– В паре работают?
– Возможно. Я, наверное, пошёл, посмотрю, что там.
– Я с тобой, – вцепилась в плечи Сержа Марина.
Тот колебался. Рассудив, что причастность к возникшей ситуации имеют оба – первый сигнал был адресован Марине в виде пустыни перед глазами, а второй, который сейчас, – ему, Серж согласился.
– Пошли.
Оба обвели округу взглядом, как хищники, выискивающие добычу, и одновременно кинулись в подворотню, завидев арочный проезд во двор одного из домов. Оказавшись в нём и дождавшись, когда пройдёт девушка с коляской, парочка исчезла.
«Зазвонивший» клоп одновременно подавал слабый электрический разряд в палец и показывал Полехе голографический участок пустыни, где в песке внезапно образовалась колоссальная воронка, размеры которой трудно было определить на глаз. В ней огромным водоворотом бурлил песок, увлекая за собой барханы. Затем окружность её начала хаотично вздыбливаться, словно под пустыней был в несколько метров толщиной пласт бетона или скальной породы, внезапно разверзшийся. Затем какая-то исполинская сила вывернула наружу края каменного жерла и над поверхностью пустыни стали подниматься беспорядочно нагромождённые друг на друга вертикальные осколки расслоившейся на множество фрагментов плиты. Этот частокол медленно вращался и окружал каменной непреодолимой стеной нечто, скрытое за ней.
Несколько секунд длилось это страшное зрелище и внезапно прекратилось, будто приглашая двух своих зрителей посмотреть на возникшее творение: посреди пустыни стояло сооружение, отдалённо напоминающее броневой форт или замок, окружённый подобием грубой, неровной каменной стены. Но размеры превосходили любую крепость. Отдельные неустойчивые глыбы то тут то там ещё соскальзывали с более крупных вертикальных монолитов и с шорохом погружались в песок.
Сергей и Марина, каждый на своей платформе, соблюдая безопасную дистанцию, стояли почти у подножия монумента и рассматривали его в стереовизоры со всех сторон. Он уже издали производил гнетущее впечатление. Ни одна песчинка больше не приходила в движение после только что бушевавшей стихии. Песчаная пыль уже развеялась на ветру и осела.
В капсулах было тепло и комфортно. Спутники решились подняться в воздух и живыми глазами осмотреть внутренности каменного «террикона». С некоторого расстояния явление напоминало именно террикон, поскольку очертания его профиля с учётом размеров имело искажение в перспективе: сужалось кверху, как гора или искусственная насыпь из скальных обломков.
