- Знаешь, мне так обидно, когда про нас пишут всякие гадости, - доверительно призналась она. - Будто бы мы ни во что не ставим работников, занижаем сумму выплат и всё такое... А между прочим, премиальные в GSP на десять процентов выше средней величины по рынку. Ты вот знал об этом? Наверняка знал, раз завербовался к нам, а не к конкурентам.
Макс страдальчески закрыл лицо рукой - должно быть, ему уже довелось испытать на себе, какова Ева в подпитии. Что же касается Алекса, в душе у него до последнего момента теплилась надежда узнать кое-что новенькое о "Galactic Sea Production", но умерла она очень быстро - чувство было такое, словно Ева с выражением зачитывает рекламный буклет.
- А ещё у нас куча льготных программ, - с энтузиазмом продолжала она. - И больше ничего подобного ни у кого нет, потому что только GSP может себе это позволить... Вот скажи, Алекс, у тебя есть инвалидность?
- Э... вроде нет, - пробормотал стажёр, ошарашенный таким поворотом беседы.
- Очень жаль! То есть, прости, я совсем другое хотела сказать... Мы не только принимаем на работу инвалидов, но и даём им скидку на все внутренние услуги - это называется социальная ответственность бизнеса, вот. Даже программа реадаптации сирот у нас есть. Если человек потерял всех родственников, мы подписываем с ним контракт на особых условиях и помогаем ему вновь обрести вкус к жизни. Но ведь об этом нигде не пишут, Алекс! На бизнес-порталах нас только поливают грязью и говорят, что GSP обращается с людьми, как с мусором!
Стажёр торопливо уткнулся в бокал, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. До чего же наивна эта молоденькая девочка, и как гордо она говорит "мы" и "нас", искренне отождествляя себя с корпорацией! Ей даже в голову не приходит, что она точно такой же винтик, который при необходимости легко выкинут и тотчас заменят другим. Но зато её убеждённость наверняка отлично действует на простаков вроде Марина и заставляет их верить в то, что лучшего места работы им нипочём не найти.
Сделав изрядный глоток ужасного ликёра, Ева собиралась разразиться очередным панегириком во славу GSP, однако Макс бесцеремонно прервал её на полуслове:
- Детка, я думаю, на сегодня достаточно. У Ала уже уши завяли от твоего тарахтения.
- А кто же расскажет ему правду, если не я? Ты ведь сам знаешь, на бизнес-порталах про нас пишут такое...
- Всё, всё, про бизнес-порталы мы уже слышали... Может, тебе пора баиньки? Ал, не обращай внимания, у неё мозги повёрнуты на работе, такого патриота компании ещё поискать.
От последних слов Макса прямо-таки разило сарказмом, но перебравшая мекано Ева приняла их за чистую монету. Уткнув палец океанологу в грудь, она заявила:
- Да! А вот ты ни разу не патриот. Постоянно всем недоволен и везде видишь только плохое, тебя послушать, так GSP...
- Детка, ты забываешься, - строго произнёс Макс и, пошатнувшись, выбрался из-за стола. - Говорю же, ты свою норму уже выбрала. Пошли-ка, я провожу тебя до твоей комнаты, и там ты научишь меня правильно любить нашу замечательную корпорацию... Бывай, Ал, и прости, что мы тебя покидаем, нам на сегодня уже хватит.
Подмигнув Алексу, он увлёк за собой Еву, которая, впрочем, ничуть не сопротивлялась, и парочка улизнула навстречу новым, более интимным приключениям. Интересно, в чём девушка собралась упрекнуть океанолога, что он так поспешно свернул посиделки? Вряд ли Макс и ей намекал на наркотики - уж на кого, а на круглого идиота он точно не похож. Но Еве много и не надо; небось, достаточно просто усомниться в достоинствах GSP, чтобы превратиться в её глазах в неблагонадёжную личность. И чего только океанолог нашёл в этой кукле? Хотя и так понятно, чего - девушек с Конкордии очень легко охмурять.
Допивать мекано Алекс категорически не хотел, мысли о пиве тоже больше не вдохновляли. Ему вдруг захотелось бесцельно побродить по парку, подышать свежим воздухом и хотя бы на пару часов выпасть из реальности. Лишь у самого выхода из "Вавилона" стажёр с досадой хлопнул себя по лбу - чёрт, совсем забыл, что там разверзлись хляби небесные.
Тем не менее Алекс всё-таки высунул нос на улицу и с удивлением обнаружил, что дождь почти утих. Буйный ливень превратился в мелкую противную морось, такую же, какая заряжает порой осенью на Нью-Терре; однако низкие чёрные тучи по-прежнему медленно плыли над базой, и казалось, что Новую Атлантику преждевременно окутала ночь. Стажёр невольно бросил взгляд на часы - так и есть, всего-то шесть вечера, но вокруг даже не сумерки, а самая настоящая темнота.
После неживой, кондиционированной атмосферы "Вавилона" снаружи дышалось на удивление легко, и Алекс решил всё-таки устроить себе прогулку, несмотря на дождик - нужно только заскочить в комнату за курткой. Назад к аварийному лифту возвращаться не хотелось, поэтому он бодро зашагал к центральному, удивляясь тому, что даже капающая за шиворот вода его не раздражает. Может, всё дело в чувстве удовлетворения от проделанной работы?
