– Понимаю, вы за меня переживаете. Когда моя мать болела, мне тоже было не все равно, и я заставила ее пойти к врачу. Но он никак не помог.
– Знаю. Но я бы на твоем месте записался на прием. – Он поднес пиво к губам и сделал большой глоток.
Моя голова словно шарик, наполненный гелием, его отпустили и теперь он парит под потолком.
– Пойду в туалет, – пробормотала я и быстро скрылась от любопытных глаз Хадсона. Но макушкой чувствую, как он прожигает меня взглядом.
В туалете включаю холодную воду, мочу руки и подношу их к щекам. Вглядываясь в отражение и позади себя вижу Мака, темными глазами он рассматривает мое тело. Подошел ближе, дышит мне прямо в шею, по коже проносится тепло его дыхания. Руки скользят по спине, нащупывают застежку лифчика. Втянув носом воздух, зажмуриваю глаза.
А когда открываю, Мака из воспоминаний нет. Позади меня девушка в узких джинсах и обтягивающем топе, идет в кабинку. Выдохнув, сушу руки. Попытавшись успокоиться, возвращаюсь в зал.
В углу вокруг круглого стола собралась толпа девушек, Сюзанна с ними. Прохожу мимо и, почти дойдя до стойки, резко останавливаюсь. Хадсон с кем-то разговаривает. Со спины непонятно кто это.
– … с той девушкой прошлой ночью? – улавливаю конец вопроса. Он адресован Хадсону.
– Какой такой девушкой? – любопытство взяло надо мной верх.
– Э-м, здрасте, миссис Якобс, – говорит парень, у него глубоко посаженные глаза, волосы взлохмачены.
– Мам, помнишь Браунинга? – указывает Хадсон на друга.
– Да, конечно. – И как я могла не узнать этого мальчугана? Вечно они с Хадсоном попадут в какую-нибудь передрягу. Каждый раз, когда звонил директор, я могла с точностью сказать: без Джареда Браунинга тут не обошлось. – Привет, Джаред.
С трудом забравшись на стул, говорю:
– Расскажи мне все о той девушке. Я даже и не знала, что у Хадсона кто-то есть.
Увидев недовольное лицо сына, я поняла: он надеялся, что вопрос друга я забуду. И его надежде есть объяснение. Но я слишком заинтересовалась их разговором.
– Я ни с кем не встречаюсь, – Хадсон чуть кивнул головой в сторону Джареда.
– Чувак, ты же провел с ней ночь, – сказал Браунинг, явно не понимая намека. – C той, что мы встретили в баре «Мидтаун». Как ее звали? Холли вроде?
Холли… Молли! Меня бросило в жар. Прошлой ночью Хадсон был с Молли!
Ночью, когда она умерла…
Лицо Хадсона покраснело. Может, из-за алкоголя, может, из-за духоты, а может, из-за чего-то еще.
– Ничего не было, – сказал он скорее мне, чем Джареду. – Мы с ней случайно пересеклись в баре.
– Я бы это назвал по-другому, – подмигнул Джаред.
Мне стало нехорошо, и на этот раз не из-за сангрии.
– Это было до или после драки? – смеясь, спросила я, чтобы вопрос не выглядел запланированным.
– Драки? – не понимая, Джаред взглянул на Хадсона.
– Ты тогда был в туалете, – сказал Хадсон. – Да неважно.
Потом он поймал мой взгляд.
– Пора домой. – Он перевел взгляд на друга. – Завтра рано вставать.
– Точно. Работа, – ответил Джаред. – Не подведи меня там, друг. Головой за тебя отвечаю.
– Не подведу. – Хадсон похлопал Джареда по спине, а потом посмотрел на меня: – Готова?
– Да. – Заглянув под стойку, сняла с крючка сумку и встала. Попрощавшись с Джаредом, пошла к Джерри и Сюзанне. Пробираясь между столами, думаю: все здесь вроде знакомое, но как будто чужое. Все, даже Хадсон.
Голова раскалывается, во рту сухо, как в пустыне. Чертова сангрия. Потирая виски, сажусь в кровати. Слышу, как в комнате Хадсона что-то падает, летает, он ругается, тяжело вздыхая. Осторожно встав с кровати, я вышла из спальни и побрела в коридор. Дверь в комнату сына открыта, он на полу, что-то ищет под кроватью.
– Что-то случилось?
Вскочив, он стукнулся головой о край кровати.
– Ай! – Сев на постель, он растирает ушиб. – Ага, не могу найти пропуск на парковку.
– Такая карточка на брелоке? – Представляю, как она выглядит, и вспоминаю, не видела ли ее в доме. Это небольшой прямоугольник черного цвета, с одной стороны штрихкод.
Задумавшись, он начал грызть щеку изнутри.
– Я везде смотрел.
– Помочь с поисками? – В глубине души надеюсь, что он откажется. Голова болит все сильнее. Думала, он уже ушел. Надеялась, что смогу насладиться утренней тишиной в доме.
– Не-а, – он внял моему внутреннему желанию. Взявшись за край кровати, он встал и провел пальцами по волосам. – Опаздываю. Придется парковаться в другом месте.
Взяв ключи с комода, он попрощался и бегом пошел к выходу. Спускаясь на кухню, замечаю на лестнице и в прихожей кусочки серой глины. Хадсон оставляет их постоянно, с самого первого дня, как вернулся с работы. «Вот бы он за собой убирал», – с горечью думаю я, наливая себе большой стакан воды и запивая обезболивающее.
Ну наконец-то в доме тишина! Не спеша поднимаюсь наверх со стаканом воды, мечтая о долгом горячем душе.
Когда я была в ванной и собиралась включить воду, на тумбочке зазвонил телефон.
Это Сюзанна. Точно звонит по поводу вчерашнего вечера, отвечать не хочу. Оттягиваю неизбежное.
– Привет, – усевшись на край кровати, я прижала трубку к уху.
– Привет, красотка, – раздался хрипловатый голос Сюзанны. – Как ты?
