— Татьяна, очень приятно вас встретить, — я улыбнулась довольно искренне, мало того, что меня спасли от Олега и его нытья, так еще и у меня появился шанс поблагодарить за Василия. Ведь если бы она не предложила мне его сама, я бы вряд ли решилась на такую авантюру и просчиталась бы.
— Мне вас тоже, — любопытный взгляд в сторону моего попутчика потом на меня.
— Это мой коллега, — я поторопилась представить вставшего рядом со мной мужчину. — мы в командировку на несколько дней, а вы, как понимаю, в отпуск? — я проигнорировала недовольное покашливание Олега, его статус коллеги явно не устроил, и посмотрела на спутника Татьяны.
— Это мой муж Андрей, — мужчина сдержанно мне кивнул.
— Евгения, — еще раз представилась я.
— Очень приятно, — вежливо улыбнулся сам муж и повисла неловкая пауза.
Я вроде и хотела поблагодарить за Василия, но при Олеге не решалась упоминать, что у меня в нянях сейчас мужчина. Чувствуя мое замешательство, Таня тоже не решалась спросить о Василии.
Неловкость, на наше счастье, прервал голос, сообщающий о начале посадки. Я вздохнула свободнее, надо бы намекнуть Татьяне о том, что Олег ни в коем случае не должен узнать, что у меня дома теперь живет мужчина.
— Милая пара, — прокомментировал мой недовольный неправильным представлением любовник, когда мы уже заняли свои места в самолете. Татьяну я как-то потеряла из виду и даже уже об этом жалела. Но это было логично, нам не поскупились на билеты в бизнес-классе, а они, наверное, в эконом. Ладно может еще повезет и встретимся после посадки, а нет позвоню приеду и скажу спасибо. Вот не знаю почему, но мне было так важно ее поблагодарить.
— Да, — подтвердила я и сделала вид, что увлечена чтением, возможно, Олег и хотел продолжить разговор и перевести его на тему ужина и своего приглашения на свидание, но я ему такой шанс не давала: ни в самолете, где он, на мое счастье, уснул после взлета, ни в такси от аэропорта, когда уже я изображала, что сплю. Последним неприятным сюрпризом для несчастного стало то, что номера оказались на разных этажах. Пока он не начал напрашиваться в мой номер, я заявила, что мне надо привести себя в порядок и поторопилась исчезнуть. Бежать за мной он не мог, так как с ключом от его номера возникли какие-то проблемы, и он ждал.
Только закрыв за собой дверь номера, я вздохнула с облегчением доставая телефон, чтобы позвонить Василию и узнать, как прошло родительское собрание… Хотя нет вру, я просто искала повод услышать его голос. Беспокойство о детях совсем отсутствовало, за что я, не сходя с места, отчитала себя, но все равно из всех номеров выбрала номер Василия и нажала позвонить.
— Минутку, Жень, — после трех гудков ответил Василий, явно пытаясь перекричать крики на фоне. Внезапно крики сменились грохотом и визгом. Сердце замерло от страха. Господи да что там у них происходит?! Он же на собрании? Или уже дома? Все равно, что там произошло?
Василий
Родительскими собраниями меня было не удивить. Как сын учителя, а потом и директора школы, я хорошо знал это сборище.
Именно сборище, ибо иначе никогда это назвать не мог. Нет, это не было претензией ни к учителям, ни к родителям. Просто наблюдение постороннего.
Вечное недопонимание двух сторон — неспособность иногда одних, смириться с тем, что их дети не идеальны и не гениальны, приправленная наивной верой «Нам должны». Что же, это было во все поколения, я-то это хорошо знал. Как и знал второй лагерь, со стороны учителей, где тоже присутствовало «нам должны» все в той же мере. Еще было нежелание отключить свой нравоучительный тон и обсудить все на равных. «Мы правы» вот девиз под которым некоторые учителя шли «в бой» — отчего, естественно, диалога не получалось.
Нет, конечно, было и по-другому. Я это тоже знал.
Мать была как раз из тех, кто стремился к разговору, иногда даже ей удавалось совершить хоть и маленькое, но чудо.
Я же всегда был тем, кто это наблюдал. Кого волновал маленький мальчик на задней парте, играющий в машинки или рисующий парашютистов или самолетики? Как впрочем и подросток, уткнувшийся в книгу и обижено перелистывающий страницы всем видом показывающий, что его здесь нет?
Я хихикнул и тут же сделал вид, что закашлял, мало ли неправильно поймут. Что ни говори, а у матери были странные меры наказания и воспитания, так что — да, собраниями меня не испугать.
Другое дело, я впервые присутствовал на них никак сторонний наблюдатель, или как сын директора. Нет теперь я был со стороны родителей, и это немного напрягало, как и то, что мои подопечные сейчас находились без присмотра на школьном дворе, оставаться дома никто из них не пожелал, и я не знал хорошо это или плохо.
