Додумать Анжелина не успела. Как и толком осмотреться. Тихо звякнула, и под ее ошарашенный взгляд серые стальные створки разъехались в противоположные стороны. Внутрь кабины шагнула та самая монахиня в черном облачении. Шагнула, и застыла на месте, вытаращив в изумлении глаза. Оно и понятно. Анжелина не видела себя в зеркале, но вполне могла себе представить свой внешний вид. Темно-синяя форма Римской гвардии, местами изодранная в клочья, жутко пыльная, а промежутками откровенно грязная; не менее грязное и пыльное лицо, покрытое ссадинами и кровоточащими порезами; растрепанные волосы, украшенные деревянной стружкой и паутиной – не самый презентабельный вид для посещения Святого Престола. Плюс сюда следует добавить тот факт, что римской гвардии нечего делать на территории, подконтрольной Швейцарским гвардейцам. Соответственно, она здесь незаконно, а значит… Как и следовало ожидать, пожилая монахиня ей совсем не обрадовалась. Спустя секундное замешательство, невеста Христова шарахнулась назад, и с диким воплем «сатана!» кинулась бежать куда-то вглубь этажа. Анжелина не знала на каком именно уровне остановился лифт, как и вообще не имела понятия об внутреннем устройстве зданий, входящих в комплекс Святого Престола. Ну если только доступные уровни собора Святого Петра – и, все. Тем не менее, в данном случае доступна лишь одна реакция – броситься вслед за убегающей монахиней и заставить ее заткнуться. Что Анжелина и сделала. Заставила себя пошевелить одеревенелыми от испуга конечностями, сделать шаг вперед и кинуться следом за вопящей монахиней.
– Сатана! – где-то впереди вопила монахиня. – Сюда явился сатана! О, святой Петр, защити!
– Стой! – в ответ закричала Анжелина, увеличивая скорость. Они мчались по широкому коридору с голыми каменными стенами, освещенному бледным желтым светом фонарей. – Сестра, остановитесь!
– Аааа!!! – еще сильнее завопила монахиня, бегущая метрах в десяти впереди. И, откуда у пожилой сестры силы на такой спринтерский забег? Удивительно…
Просьбы Анжелины остановиться подействовали с обратным эффектом. Монахиня подобрала руками нижнюю часть черного платья и припустила с еще большей скоростью.
– Да стойте же, сестра!
Ага, так она и остановилась.
Вскрикнув еще сильнее, монахиня завернула в боковое ответвление, исчезнув из виду.
Вот же, старая маразматичка! Ну да, увидела грязную окровавленную растрепанную женщину – почему сразу сатана-то? Может она страждущий ангел, коего надо омыть, одеть, напоить и накормить? Но нет, на уме только одно – дьявол! Еще и вопит так, что, наверное, уже в конклаве услыхали!
На скорости Анжелина завернула за угол, и шарахнулась в сторону, когда на нее набросилась черная фигура, размахивающая распятием.
– Изыди! – монахиня брызнула в нее из пластиковой бутылки. Наверняка святая вода.
И, чего она ожидала? Что сатана в обличие потрепанной женщины испариться? Или, начнет корчиться в мучительных судорогах? Или, начнет шипеть от ожогов? Или… – какая реакция должна была последовать?
В любом случае, надежд старой Христовой сестры Анжелина не оправдала. Шагнув к испуганно трясущейся монахине, она замахнулась и сильным ударом в висок отправила ее в небытие. Нет, не убила конечно же. Все же, лишать жизни старого человека, посвятившую свою жизнь Богу, слишком тяжкий грех, какой она вряд ли сама бы себе смогла простить. Однако, оставлять монахиню в полуразумном состоянии, когда она рано или поздно привлечет сюда ненужное внимание, было бы верхом глупости. Потому, пожилая женщина отправилась далеко за пределы полутемного коридора где беспрепятственно расхаживает сатана в женском обличье, да еще имеет наглость игнорировать распятье и святую воду.
– Отдохните, сестра… отдохните… И пусть вам привидятся светлые ангелы, гуляющие посреди цветочной поляны… Да розовые слоны, плывущие по фиолетовому небу…
Около пяти минут ушло на то, чтобы оттащить монахиню подальше с людских глаз. Наверное, можно было бы оставить ее на том же самом месте – все равно, постоянный поток здесь отсутствует. По крайней мере, никто не появился на крики сестры. И все же, лучше перестраховаться.
