Глава швейцарской гвардии не знал, как ответить, потому воспользовался стандартной в таких ситуациях фразой:
– Не беспокойтесь, святейший отец! Мы запустили протокол эвакуации. Вы в надежных руках!
Вряд ли подобная отмазка могла успокоить главу Церкви и Империи, но другого на данный момент Оливер дать не мог. Он сам находился в полном замешательстве. Ясно одно – на Папу пытаются совершить покушение. Вот только, самый главный вопрос пока остается без ответа – с какой стороны будет нанесен следующий удар?
В закрепленном в ухе наушнике тем временем с переменным успехом перемежалось статистическое шипенье и голоса агентов швейцарской гвардии, пытающихся скоординировать свои действия. Оливер высунулся из-за трибуны, стараясь быстрым взглядом оценить обстановку – насколько она была плоха, или напротив, вполне приемлемой для экстренной пешей эвакуации, не дожидаясь автомобиля. На площади царил полный хаос. Двухсотметровая скульптура рухнула вниз, придавив под собой несколько десятков, а вполне возможно и сотню людей; площадь постепенно заволакивала плотная серая взвесь каменной пыли от рухнувшей статуи и обрушившейся стены кафедрального собора – вот чем являлся второй глухой звук, донесшийся несколько секунд назад, с противоположной стороны площади. Люди, каких еще можно было рассмотреть сквозь серую пелену, в беспорядке толкались, теснили друг друга, шли по головам – причем в прямом смысле слова… – здесь не было и намека на скоординированные действия. Впрочем, а кто их мог организовать? В общем, об пешей эвакуации не могло идти и речи.
– «Санкти-Петри», к подиуму! – рявкнул Оливер в закрепленный справа микрофон. – Живо!!!
Ему ответили, но смысл сказанного разобрать не получилось из-за сильного статистического шума в наушнике. Похоже, кто-то специально блокировал связь, и делал это с немалым успехом. О чем данные факты свидетельствуют? О серьезном уровне подготовки к нападению. Нужно отложить эти данные в специальный отсек мозга, и вернуться к ним после того, как выберется из передряги. Им предстоит провести серьезный разговор с Конгрегацией, Орденом и Имперскими безопасниками – как можно было проморгать подготовку к столь масштабной операции? Правда, все это предстоит после, а сейчас… Придерживая рукой Святейшего отца, Оливер быстрым взглядом пробежался по подиуму. Его тоже начало заволакивать пеленой из дыма и пыли, однако пока что видимость оставалась на приемлемом уровне. Двое гвардейцев заняли оборонительную позицию, водя оружием взад-вперед. Еще двое выстроились живым щитом возле папского легата, пытаясь вывести того в безопасное место. Кардинал, кажется Чавес – с его позиции не разглядеть, стоял на коленях прижимая руку к груди и сильно кашлял. Дьявольское дерьмо! Ему ведь плохо! Какого черта два гвардейца возятся с легатом? Хватило бы и одного. А, еще один должен помочь кардиналу! Оливер собирался выкрикнуть приказ, но прогремел еще один взрыв, полностью заглушив его голос. Помост не просто вздрогнул, а подпрыгнул. Сквозь серую пелену пыли и дыма, глава швейцарских гвардейцев увидел красные отблески пламени. От жуткого тысячеголосого воя страха, боли и отчаяния, доносящегося из почти непроницаемой пелены, окутавшей всю площадь, кровь стыла в жилах, а по спине бежал неприятный холодок. Еще сильнее прижав викария Христа к хлипкой деревянной стенке трибуны, Оливер мысленно воззвал к Царице Небес, моля Ее о защите. Легионы ангелов сейчас бы не помешали. Совсем не помешали.
Священная Католическая Империя.
Швейцарский союз, под управлением Папского легата.
Женева.
Площадь Сент-Педро.
12:53.
