Ди-Ди ничего не ответила. Отсутствие улик, указывающих на правдивость его теории, правосудие, презумпция невиновности – все это ничуть не интересовало Чарли Сгарци. Ничто из этого списка не сможет дать ему то, чего он действительно хочет, – вернуть его мать.
Фил проводил репортера обратно в гостиную, а затем попросил техников снять отпечатки пальцев с тарелок и остальных кухонных приборов. Сгарци по настоянию Фила как раз начал составлять список друзей и соседей своей матери, когда на пороге гостиной появился Алекс.
Таким Уоррен его еще не видела. Он был не просто мрачен, но и чем-то глубоко обеспокоен. Муж сделал знак следовать за ним.
Ни одного предупреждающего слова. Ни одного ободряющего хлопка по плечу.
Ди-Ди поняла, что все очень плохо, еще до того, как вошла в комнату, где Убийца с розой проводил свой ритуал.
Спальня оказалась крошечной. Очевидно, изначально это был рабочий кабинет в причудливом доме колониального стиля. А после того как состояние Дженет ухудшилось до такой степени, что она не могла самостоятельно подняться по лестнице на второй этаж, его переделали.
Односпальная больничная кровать с металлическими поручнями занимала большую часть помещения. Она находилась у дальней стены и блокировала дверь, которая, по-видимому, некогда служила черным ходом. Рядом с кроватью Ди-Ди увидела старую тумбочку из дуба, на которой стояли кувшин с водой, многочисленные пузырьки с оранжевыми таблетками и, конечно, бутылка шампанского и красная роза.
Оттягивая ужасный момент, Уоррен задержала взгляд на последних двух предметах.
– Нет наручников, – пробормотала она.
– Нет, – подтвердил Алекс, он стоял рядом с женой, загораживая кровать. В этой тесной каморке им приходилось стоять настолько близко друг к другу, что буквально шаг в сторону – и они столкнутся носами. – В этот раз все немного по-другому, – продолжил он. – И жертва, и почерк. Хотя, скорее всего, различия в почерке именно с жертвой и связаны.
– Можно поподробнее?
– Шестидесятивосьмилетняя Дженет Сгарци жила в этом доме одна, постепенно угасая от рака. Она одинока, и это делает ее похожей на других жертв, но возраст и состояние здоровья… Наш маньяк переключился с относительно молодых девушек на больную старушку.
– Он напал на нее среди бела дня, – добавила Ди-Ди. – Очень рискованно.
– Да уж. Пэт стал куда смелее. С другой стороны, жертва бы точно не открыла дверь после наступления темноты. Вообще она жила одна, но, учитывая ее состояние, Чарли наверняка часто оставался здесь до утра. Таким образом, ночное нападение в этих условиях означало бы огромный риск.
– Убийца с розой сначала наблюдал за ней. Ему ведь как-то нужно было учесть все факторы и составить план.
– Как мы, в общем-то, и полагали, – сказал Алекс. – Пэт заранее все продумывает и планирует. Поэтому мы и не смогли его или ее поймать, несмотря на то что уже в четвертый раз он с легкостью и не вызывая подозрений проник в чужой дом.
– В четвертый?
– Кристин Райан, Регина Барнс, Дженет Сгарци и мы. Кстати, к нам он тоже пробрался днем.
Ди-Ди выпрямилась:
– Он репетировал! Бьюсь об заклад, этот сукин сын репетировал. Издевался над нами, да, но в то же время репетировал! К тому моменту Пэт уже выбрал себе жертву, Дженет Сгарци, которую задумал убить днем. Поэтому он сначала решил потренироваться на нас. Твою-то мать!
Алекс положил руку ей на плечо. Не для того, чтобы утешить, а чтобы успокоить.
– Ди-Ди, – строго сказал он.
Она мгновенно смолкла.
– Вернемся к анализу места преступления.
– Хорошо.
– Пэт все планирует заранее. В нашем случае он должен был напасть на свою жертву днем. Учитывая ее возраст и состояние здоровья, Пэт, вероятно, и не сомневался, что справится с ней, даже если она будет бодрствовать. Однако в качестве подстраховки все-таки захватил с собой какое-то снотворное, без вкуса, цвета и запаха. Бен обнаружил в мусорном ведре ампулу, вероятно, от рогипнола. Скорее всего, Пэт все же сначала усыпил Дженет.
– В раковине нашли две тарелки и две чашки из любимого сервиза Дженет, – отрапортовала Ди-Ди. – Словно у них было дружеское чаепитие. С инжирным печеньем.
Алекс поморщился.
– Скорее всего, Дженет Сгарци ничего не почувствовала, – тихо сказал он. – Может, ты так не думаешь, но, по моему мнению, то, что делала с ней болезнь… Ее смерть была легкой. По крайней мере, менее болезненной, чем смерть от рака. И все же…
Он отступил в сторону, открывая взору детектива больничную койку с металлическими поручнями. Ди-Ди резко втянула ртом воздух.
«Она была уже мертва, когда он это сделал, – напомнила себе Ди-Ди. – Мертва, мертва, мертва…» Но Алекс был прав, легче от этого не стало.
Как и в первых двух случаях, Убийца с розой содрал кожу с живота и верхней части бедер. Однако, в отличие от предыдущих жертв, молодых и относительно здоровых женщин, Дженет Сгарци умирала от страшной болезни. От нее в буквальном смысле слова остались кожа да кости, поэтому, когда убийца снял кожу…
Ди-Ди зажала ладонью рот. Она ничего не могла с собой поделать. Похоже, эта картина не скоро выйдет у нее из головы.
