Пабло, как и коллега, внимательным изучающим взглядом просканировал заключенного. Тот теперь никак не походил на грозного лидера крупной секты, являющейся одной из главных противоборствующих сил в Халифате. Нет, теперь он представлял собой жалкое зрелище: потускневшие глаза, обмоченное нижнее белье и нулевая решимость продолжать борьбу. Халед аль-Кабир сдался. Очень быстро сдался. Что ж, им только лучше – куда меньше грязной работы.
– … думаю, я знаю ответ на свой вопрос. – продолжал специальный страж. – Единственное, что могли ассасины оценить в такую крупную сумму, так содержимое манускрипта? – Хамид сделал шаг вперед, сокращая дистанцию до подвешенного заключенного. – Я прав? – он ткнул кулаком в ребро Халеда, отчего тот едва не задохнулся, выпучив глаза. – Отвечай!
– Правы… – просипел арестант, с трудом втягивая внутрь воздух. – Вы правы… Им нужен был манускрипт…
– Зачем? Что в нем такого ценного?
Впервые за время допроса Пабло увидел, как губы сектанта раздвинулись в улыбке. Хотя… скорее то был оскал…
– Манускрипт содержит в себе то, что вот уже три века желают себе заполучить ассасины…
Три века…
Желают заполучить…
Пабло задумался – что вообще он знает о государстве Туран в общем, и об ассасинах в частности? Выходило – почти ничего. Только общую информацию. Самую общую. Государство Туран образовалось в конце семнадцатого века в результате организованного восстания шиитских слоев Халифата, коих решительно не устраивала политика, проводимая халифами в отношении шиитских воззрений на ислам. Идеологом восстания, был некий шиитский богослов Ясир аль-Хусейн. Благодаря его пламенным проповедям, буквально за неделю восстание вспыхнуло сразу в двадцати населенных пунктах Турана. Еще спустя неделю полыхал весь регион. Для Халифата, ведущего затяжную войну с Католической Империей волнения внутри оказались полной неожиданностью, из-за чего реакция оказалось запоздалой. Слишком запоздалой. Можно потушить один очаг, можно десять, даже двадцать… Когда же у тебя сразу сотня таких очагов, разбросанные на огромной территории, возникают практически непреодолимые проблемы. Таким образом, спустя чуть более двух месяцев с момента начала восстания, Ясир аль-Хусейн объявил о создании независимого от Халифата государства. Халифату пришлось смириться, поскольку сил для наведения порядка попросту не имелось. Около года внутри Турана шла зачистка всех, кто не придерживается шиитского богословия. Точных данных Пабло не помнил, да и не был уверен в их наличии, но речь шла о десятках тысяч казней. После зачистки Ясир аль-Хусейн со своими сподвижниками сосредоточился на устройстве нового государства, де-факто берущее начало, еще в третьем тысячелетии до Рождества Христова. Спустя пять лет после образования Турана, как независимого государства, произошла реанимация ассасинов, с большим видоизменением, разумеется. Речь не шла об отдельном государстве, или регионе – скорее, об военизированном Ордене, главной функцией которого являлось выявление несогласных, уничтожение иноверцев, охрана границ государства и контроль за де-факто каждой из сфер жизни простых подданных. Первым Великим Имамом стал Нимир ан-Нимир, прямой потомок четвертого праведного халифа, двоюродного брата пророка Мухаммада, Али ибн Абу Талиба. Уже после Ясира аль-Хусейна, принесшего Турану независимость от Арабского Халифата, Орден Ассасинов забрал абсолютно всю власть в государстве, как светскую, так и духовную. Управление городами передали верховным кади – что-то вроде исламских епископов, они же осуществляли большинство судебных функций, областями управляли назначенные Верховным Имамом ассасины, а всем государством собственно, сам Имам, обладающий теми же функциями, что и Папа Римский в Католической Империи. Причем, речь ни разу не о метафоре. Верховный Имам также, как и Римский Понтифик, обладал закрепленной на уровне догматов непогрешимостью. И если в формулировке Толедского собора, где был принят догмат относительно папской непогрешимости еще можно найти лазейки, то изданная еще при Нимир ан-Нимире фетва не оставляла никаких прорех – Верховный Имам непогрешим. Абсолютно. Не только относительно вероучительных постановлений, но и в самой своей сущности. То есть, согласно той самой фетве, Верховный Имам свободен от грехов, и еще здесь будучи на грешной земле, является едва ли не прообразом самого Аллаха. Главная же цель ордена Ассасинов, официально декларируемая с самого момента возрождения, не только защита веры на территории Турана, но и уничтожение соседнего Арабского Халифата. Ни разу с момента независимости Турана они не имели дипломатических отношений с соседом. Даже попытки их наладить не имелось. Таким образом, для Халифата Туран являлся куда более злейшим врагом, чем Католическая Империя. И это, не смотря на общность религии. И там, и там, ислам. И там, и там, главной священной книгой является Коран. И там, и там, молятся Аллаху. Но нет – общность совсем не означает единство.
