Ничего не хочу говорить, поэтому быстро целую ее в губы, нагло сталкиваясь с ее языком, но она почти тут же отрывается от меня, и не щадя ни минуты, стягивает с меня футболку. Ее губы уверенно переползают на шею, доставляя мне нереальное удовольствие, затем плавно перемещаются на ключицу и сползают ниже. Она на секунду замирает, колеблется, но я прерываю ее размышления, впиваясь пальцами в ее плечи. В ту же секунду ее губы волнительно обхватывают мой сосок, касаясь его языком. Я неожиданно для себя выгибаюсь от наслаждения. Воспользовавшись моментом, Юля медленно опустила меня на покрывало и сползла ниже, чтобы ей было удобней целовать мою грудь. Пока ее язык был занят с одной грудью, рука осторожно трогала другую. От нахлынувших эмоций, я зажмурилась и зажала себе рот. Это было так приятно, что я готова была кричать, вопить и просить ее не останавливаться. Теперь я мучила себя вопросом: «Почему это не произошло раньше?» Наверное, раньше я была не готова. Но если бы я только знала какого это, я бы не отказалась. Ни за что. Неожиданно я почувствовала, что ее губы оставили в покое мои соски, а влажная дорожка от языка потянулась вниз. Я инстинктивно сжала ноги и напряглась. Она улыбнулась и подняла голову.
- Не бойся, я пока ничего не делаю…
- Юль…, – я пыталась остановить ее руки, которые расстегивали мои джинсы.
- Если ты не хочешь, ничего не будет. Ты можешь остановить меня в любую секунду, – серьезно говорила она, заранее зная мой ответ.
И я почти смирилась. Откинулась назад и зажмурилась. Я только чувствовала и больше ничего. Мои джинсы уверенно слетели с ног, и я оказалась почти голая. Почти. Но это недоразумение Юлька смогла стремительно исправить. Я знала, что она была полна решительности и переполняющей ее нежности, и это хоть как-то подбадривало меня. Когда я оказалась совершенно голой, то поняла – пути назад нет. Его больше не будет.
Его не будет никогда. Потому что то, что неизбежно, должно случиться.
- Раздвинь ноги, – мягко сказала она, и я повиновалась ей. – Не волнуйся, – попросила она, и я повиновалась ей.
В одну секунду я почувствовала ее руки между своих ног. Я непроизвольно застонала и попыталась сдвинуть ноги, но она не дала мне это сделать. Юля поднялась выше ко мне и припала к моим губам, все еще скользя пальцами у меня между ног.
- Я так хочу тебя, – тихо сказала она, и я стала краснеть. – Позволь мне…
С каждой секундой, с каждой мили секундой, я отчетливо понимала, что на грани. Я безумно хотела ее – она меня. И все так просто. Пожар внизу живота стал просто невыносимым. И Юлька это чувствовала. Она стала медленно сползать вниз, и я снова закрыла глаза.
- Ты же хочешь меня? – Еще раз спрашивает она, прежде чем войти в меня.
И мне уже на всё все равно.
- Да, – на последнем выдохе выдавливаю я и чувствую ее внутри себя…
И все кончено.
И назад пути нет… Просто это рефлекс наш неправильный секс…
Мы лежи обе взмокшие и совершенно опустошенные. У нас нет сил даже разговаривать, у нее нет сил даже курить. Нет сил ни на что, даже на любовь.
- Почему это не случилось раньше? – Наконец, спрашивает Волкова, словно читая мои мысли.
- Не знаю. – Честно отвечаю я, все так же лежа с закрытыми глазами.
- Мне было хорошо с тобой. – Так же честно говорит она. – Я даже рада, что все так вышло…
- Да…, – протягиваю я.
Пора бы разлепить глаза. В комнате уже светло, наверное, мы проспали все, что только можно было.
Уже утро или день. Но вся ночь была только наша.
- Как думаешь, мы все проспали?
- Наверное. – Абсолютно безразлично отвечаю я.
- Концерт только завтра…
- Ничего…
Наступает тишина, но ненадолго.
- Я люблю тебя. – Тихо говорит она мне и, встав с кровати, куда-то уходит, не давая мне шанса ответить ей.
Может так нужно? Ей лучше знать. Но вскоре она появляется в комнате, в ее руках пачка сигарет. И она спокойно закуривает, открыв окно.
- Ты когда-нибудь бросишь курить? – Спрашиваю я ее.
- А ты? – Задает встречный вопрос она.
- Да.
- А я навряд ли. – Честно отвечает Юля.
- Ясно…
Выкурив последнюю сигарету, она подошла ко мне и легла рядом. Интересно, как теперь все будет? И что изменится после сегодняшней ночи? Наверное, все. Глупо дружить, когда любишь. Глупо «играть», когда давно уже заигрался. Да и как можно делать вид, что ничего не произошло, когда, находясь рядом с ней, я так хочу ее. Хочу быть рядом, хочу быть с ней всю свою жизнь.
Всю свою дурацкую, никчемную жизнь.
А пока она подсела ко мне и поцеловала меня. Во рту перемешался вкус сигарет и чего-то сладкого.
- Нам нужно выходить, – говорит она мне, вставая с постели, – Ваня должен ждать нас вечером в холе, нужно что-то обсудить.
- Хорошо. – Киваю я и собираюсь вставать с постели.
А в ногах все так ноет, все так напоминает о прошлой ночи. Я говорю об этом Юльке, но она лишь нежно улыбается мне в ответ, и я чувствую, что растекаюсь льдом по раскаленному асфальту.
И я знаю, что пути назад нет.
